Азиман

Наталья не спеша подошла, давая возможность шефу полюбоваться походкой спереди, подала бокал.

— Быстренько садитесь, и едьте на пересечение Розочки и Бердской. Там будет милый молодой человек в отключке, — шеф неожиданно довольно хохотнул, — Так вот, привезите его сюда. Если будут вопросы, скажите, что вы его сестра, невеста, жена — неважно, главное привезите.

Шеф быстро выпил коньяк, отчего лицо его порозовело, и сурово глянул в лицо Наталье.

Та так и стояла, приоткрыв в удивлении ротик.

Шеф резко рявкнул

― Быстро! Шевелите своей очаровательной попой!

Наталья покраснела, как всегда, когда шеф внезапно свирепел, и выскочила за дверь.

Цоканье каблучков удалилось и стихло.

Анатолий Александрович удовлетворенно кивнул, и ушел обратно в кабинет.

Наталья Валерьевна вышла из машины, хлопнула дверью. Огляделась.

Где этот тип?

Перекресток почти пуст, мимо проносятся машины, какой-то дед ковыляет через дорогу, сердито пыхтит на машину, остановившуюся, чтобы пропустить его.

На обочине стоит Калина, какой-то хмурый мужик помогает сесть в нее…

Вот же он! Молодой человек в отключке! 

Подбежала, цокая каблуками.

― Мужчина! Мужчина, что вы делаете? Это же мой.. Мой муж! Что с ним?! Куда вы его?

Мужик замер. Мужик выпрямился, оставив безвольное тело свисать из машины.

С силой потер лицо, словно пытаясь стряхнуть какое-то наваждение.

Обернулся к Наталье. Рыкнул негромко, но от голоса Наталью отбросило назад и усадило прямо на асфальт.

― Прочь! Во имя Императора!

Быстро загрузил тело в машину, хлопнул дверью и уехал, пока Наталья вставала и ковыляла на сломанном каблуке к нему.

Обидно до слёз. Болит ушибленное об асфальт бедро, болит лодыжка, потянула, пока хромала на сломанном каблуке, пытаясь догнать машину…

И шеф смотрит волком, зло и беспощадно.

― Просто взял, и просто уехал?

― Да, Анатолий Александрович, он сбил меня с ног, и пока я вставала, он уехал.

Глаза наполнены слезами, голос дрожит. 

И тут в глазах вспыхнуло, лицо слева обожгло, и Наталья обнаружила себя лежащей на полу.

Анатолий Александрович потер правую руку. Задумчиво поглядел на копошащуюся на полу девку. На морде вспухает синяк, глаз стремительно заплывает, юбка задралась, голые ноги смешно дрыгаются. Девочке явно редко достается хороший, крепкий удар.

Подошел, с силой пнул ногой в живот.

Полюбовался, как она скрючилась в комок, послушал всхлипы перехваченного дыхания.  Подумал. Пнул еще раз, просто для души.