Азиман

Когда она встретила Храшша, он казался огромным, но по мере того, как она чесала его уши, огромные и пушистые, он, кажется, стал меньше. В конце она просто положила его голову на свое бедро и руками ласково гладила у основания ушей…

Но потом, непонятно, как это получилось, Храшш схватил её зубами, и пасть была больше её всей, он мог бы легко проглотить её живьем…

― Кажется, размер здесь не имеет значения, ― пробормотала она, ― Как ориентироваться  в месте, где животные меняют размеры, причем неясно, как и когда это происходит?

Она задумалась.

Все это похоже на сон. Во сне тоже не меняются размеры, просто ты видишь то, что видишь. 

― Мир снов? Похоже…

Но снов подробных, очень натуральных…

На теле до сих пор саднили ссадины, оставленные зубами Храшша, пятки болели, сбитые о камни темного туннеля, кое где выступила кровь…

― Интересно, смогу ли я приснить себе кроссовки? И хорошо бы, штаны…

Она попробовала. Закрыла глаза, сосредоточилась, напряглась.

Открыла глаза.

Ноги по прежнему босы, покрыты запекшейся кровью, болят и ноют.

Синяки, ссадины и никаких штанов.

Выглянула наружу, осторожно, стараясь в основном держаться руками за ветви громадного дерева, посмотрела…

С такими ногами на спуститься. И нагишом тоже ― ветки покрыты шипами, если лезть без защиты, исцарапаешься до костей.

Остается только ждать Храшша.

― Надеюсь, он вернется с добычей, или хотя бы не голодный…

И тут она поняла, что сама голодна. 

Поделится ли Храшш с ней своей добычей?

Сможет ли она есть то, что он принесет?

Надо будет поискать каких либо плодов… Есть ли здесь эти самые плоды?

И почему не хочется пить, ведь должно быть наоборот…

И тут она поняла, что пить хочется даже больше, чем есть.

Пламя, черный, удушливый дым, треск ломающихся камней. Башня величественно и неспешно рушилась сама в себя. Белые плиты чернели, оплавлялись, хрустели и рассыпались искрящейся пылью.

Азиман спешно собирал магию, и, пока мысленно, пробивал дорогу. Противник собрал серьезную оборону, но, похоже, не ждал, что Азиман решится на прорыв в глубину.

Сзади выли трубы и ревели чудовища, визжали в небесах мелкие крылатые твари, но эти не решались приблизиться.

Оглядываться некогда, надо пробиваться. 

Над головой Азимана висел огромный светящийся шар ― аккумулятор магии. Больше собирать уже нельзя, задерживаться опасно.

Азиман взмахом руки сотворил себе коня, вскочил верхом и поскакал. 

Спустя полторы секунды он понял, что этот способ передвижения не для него.