Дети проходных дворов

Лекс, давно уже сплетающий нить в клубок, замирает и старается не шевелить руками, чтобы не спалиться — хотя во внешнем виде бомжа есть свои преимущества, на тебя никогда не обращают внимания.

Дело, конечно, не во внимании. Дело в том, что прямо сейчас, пока душа светловолосого водителя умещается в аккуратном мерцающем клубке на ладони Лекса, незнакомая девушка ссыпает золотистые монетки в выемку на панели и идёт в салон — слишком быстро, чтобы можно было угадать траекторию и что-то сделать.

И, разумеется, рвёт нить.

Лекс не матерится. Ну, может, сквозь сжатые зубы — пару слов, не о ней даже, а о ситуации в целом; но это сейчас не имеет смысла, имеет не больше, чем мятая крышка от кельвиша на тротуаре. Разбитый на волокна кончик ускользает из рук, чтобы поймать его, нужно наклониться в проход; он наклоняется, делая вид, что поднимает с пола забытую мелкую монетку. По рукам бьёт дрожью, дробью, мир переворачивается, но удержать их обоих на месте совсем некому.

Поэтому Лекс собирает себя в горсть и на ближайшей остановке выходит, вываливается наружу, сжимая неощутимой перчаткой невесомый моток чужой души.

Под веками нестерпимо жжёт, и это похоже на то дурацкое ощущение, когда не высыпаешься и сразу после этого в глаза попадает мыло. Он как никто другой знает, что это значит.

***

Чужая обветшалая девятиэтажка всплывает в голове совсем другой: балкон, вон тот, на третьем, от подъезда вверх и наискосок, смотрит в затылок красными зрачками чайной розы, и ещё эти идиотские ленточки на деревянной раме… Здесь хоть картинно тряси головой, хоть глаза закрывай — не поможет, картинка в голове даже более чёткая, чем могла быть у обладательницы взгляда.

Поэтому он просто отворачивается, чтобы смотреть куда угодно в сторону; куда глаза глядят, всплывает в голове.

Глаза глядят на город совершенно иначе, и не то чтобы это было плохо — но Лекс как никто другой знает, в чём кроется самая большая опасность.

— Свалить бы, — думает он, наверное, вслух, пока как будто отдельно существующие руки прячут мерцающий клубок в коробке от мелков в условленное место.

— Куда-то, где она ещё не была, и тогда станет легче, а потом останется только суметь вовремя перехватить собственный взгляд.

Во всяком случае, для спонтанных безумств нынче самое время: есть деньги, нет обязательств, не останавливает ничего, кроме собственной глупости, которая вообще-то всегда просыпается, когда хочешь куда-нибудь уехать прямо сейчас.