Герои, Чудовища и другие

И юла завертелась, закрутилась на месте. А я подошел и рукой остановил, и увидел, что юла никак не изменилась, только фигурки внутри стали другими. Два человечка стали там, один толстый, солидный, в длиннополом халате, а может, пальто. Другой - дворник с метлой, гонится за дядькой в пальто, метлой грозит… только догнать не может, оба к юле прикреплены, оба одновременно по кругу бегают.

Ли меня по плечу похлопала, руку мне протягивает.

А я… А что я? Я новую игрушку достаю.

Раз Эйты сказал их купить, значит, они нужны.

И тут понимаю - что вперед достану, второй верх в битве одержит.

Гляжу туда, где Эйты бьется с Драконом.

Чудовище с чудовищем. Кому из них стоит помогать?

Эйты меня обманывал, говорил, что он герой, сон красивый показал… 

Заставил деньги украсть, мы с ним чуть девушку с коляской по дороге не размазали…

Но все же, где-то внутри я верю - он не хотел. Он просто чудовище, и ничего кроме чудовищности не знает, потому и получается у него что попало…

Надо ему помочь просто… 

Достаю дракона.

Трехголового, смешного.

Протягиваю Ли.

Она берет, ничего не говорит. Лицо такое, словно она сейчас не здесь, где-то далеко-далеко, и я вспоминаю, что это называется “транс”. 

Или “транс” - это когда дяденька в тетеньку превращается? Может быть, не знаю.

Ли берет дракона и кидает его прямо в битву, где сражаются два чудовища.

Игрушка падает, на миг исчезает в битве…

И почти тут же Эйты остается один. Под копытом у него плюшевый дракончик, грязный, вонючий, старый. Швы на нем распоролись, одна голова почти оторвана, набивка торчит.

Эйты встает. Подходит к нам, и я вижу, что он огромен.

Страшен.

Пасть у него - такая же, как у дракона.

Григорий Ефремович пытается заслонить меня, но Эйты выше, смотрит мне в глаза над головой доктора. Ли нервно вертит пальцами, наверное, пытается снова пламя на них зажечь…

А мне совсем не страшно.

- Почти закончили, - говорит он хрипло, отрывисто, и вместе со словами из пасти вырываются языки пламени, - Потом, Юрка, маму зови.

Я киваю. Не совсем понимаю, но киваю.

- Что ты хочешь сделать? - говорит Ли. Я слышу, что её голос дрожит, и удивляюсь, почему мне совсем не страшно. 

- Сбежать хочу, - отвечает Эйты, - Такие как я, либо носятся и всех жрут, либо Внизу горят. А я убегу. Доставай, Юрка.

Я лезу в пакет с покупками. Он рвется, сувенирные шахматы раскрылись и фигурки рассыпаются в грязь.