Герои, Чудовища и другие

 

Один сопляк среди охраны Хозяина мне ночью предложил, что, мол, он меня трахнет, и потом на минуту отвернется, мол, по другому меня для жертвоприношения купили, будут на мою плоть приманивать Красавчика… Он, мол, то ли полубог, то ли полудемон, то ли хрен знает, кто еще, но мне-то по-любому не жить.

Я-то согласилась, чего бы не согласиться. Да вот только оказывается, они на клетку какое-то заклинание нарисовали ― сопляк только начал открывать, как тут же и Хозяин лично подошел. Сопляка тут же и убили. Хозяин что-то такое сказал, страшное и гулкое, Сопляк свалился мешком, Хозяин ножик вынул, бронзовый, кривой, и давай потрошить.

Я и отворачиваться пыталась, и уши затыкать ― все одно, слышала и слишком многое видела… 

Не удался у меня побег.

Так и приволокли сюда, из клетки вынули, маслом каким-то намазали, пахучим, блестящим, к столбу привязали, и целый час вокруг бубнили, что-то чертили, дрянь какую-то жгли, только что хороводы не водили.

А потом Хозяин как давай ругаться, громко, да еще и половина непонятная, то ли брань колдовская, особо ругательная, то ли просто на другом языке болтает.

И слышу, они снова клетку мою приволокли, свои горелки тушат, суетятся, пакуют… Скоро и меня паковать станут.

Дай-ка попробую я хотя бы упасть, пока все тут вертятся, крутятся и ругаются.

Если чуть покачаться, то, кажется, столб, к которому меня привязали, чуть шевелится. И если повезет, то можно попробовать упасть и вон туда, с обрыва вниз укатиться. Скорее всего, сверну шею, но зато не достанусь в колдовские жертвы…

Качаюсь.

Еще качаюсь. Хорошо все же, что меня маслом этим намазали ― веревки слегка скользят, можно хоть маленько шевелиться.

Качаюсь. Взмокла вся, запах пота мешается с вонью этого масла.

Хозяин, судя по звукам, грозится кого-то еще распотрошить, но пока только обещает. Виноватый оправдывается. Не слушаю, качаюсь. Кажется, уже шире раскачиваюсь. 

Ох уж этот Красавчик, втянул меня в такую задницу! Вот что бы ему стоило в другую таверну зайти?

Еще качаюсь.

Точно, шире стали качели мои. Вот сейчас, еще немного и…

Слышу, как к Хозяину кто-то обращается, робко блеет, мол, Хозяин, там столб…

Хозяин рычит, как зверь, а мне надо поспешить. Сейчас он прорычится, обернется, и увидит, как я качаюсь.

Рывок! Кажется, сейчас все жилы порвутся, как я качаюсь. Хорошо все же, что они наспех столб вкапывали. Хорошо, что у них нормальных землекопов нет, а рабы всегда делают абы-как. А я качаюсь на совесть, от души качаюсь.