Герои, Чудовища и другие

Дверь открылась, входит доктор ― не девка. Эх, золотого мужика себе девка нашла, аж завидно! Если б мне такой достался, я б, может, и ведьмой не стала бы…

Черт разевает пасть, заносит когтистые лапы, доктор его не видит, смотрит на меня.

Я лежу, мордой в стол уткнулась, меня судорогой бьет, стон изо рта плывет лентой…

А в волшебной руке у меня ― шарик огня, такого же, от которого больница сгорела, Негасимого. Потому от самой жизни моей зажжен, от боли моей, от жертвы моей.

Верно черт сказал, хоть и хотел мне соврать ― как сын мне доктор этот, и как дочь стала девка.

 

Жаль, имени я её не узнала.

Кидаю огонь.

Чувствую на плече холодную руку.

Эх, не досмотреть даже, попала или нет, пора идти…

Накрываю руку Бледной своей рукой, оборачиваюсь к девке ― она выглядывает из-за спины доктора говорю громко:

― Не вой над моей ямой! Ни над какими ямами не вой! 

И холодная рука тянет меня в пустоту.

Прощай, доченька.

Глава 22 Кузьмич

― Балгарзаз, ты вообще работать собираешься, или только жрать?

Ну вот, теперь уже и простого пивка не выпей! А ведь я и не отдыхаю вовсе, я…

― Начальник, я ж не отдыхаю, я ж слушаю отзвуки!

― И много услышал?

В самом деле, надо прислушаться.

Что за ерунда творится в мире? С утра какая-то подозрительная тишина, словно все притаились. Ну, это дело хорошее ― найдем. Хуже, если притаились и готовят каку какую-нибудь. От клиента всякого можно ждать…

И тут ― просто праздник какой-то! Слышу, слышу!

Клиент мой колдовал… на вокзале! Да он сбегать собрался, умничка какой!

Убегает ― значит, не может драться, железное правило!

Убегает ― значит, добыча!

Поймать, конечно, будет непросто ― если в ближайшее время не перехватим, уйдет на большие дороги, откуда по всей стране можно бегать… Но все же главное, что он признал себя жертвой.

Убегает, убегает, лапочка!

― Ты чего такой довольный?

― Так, начальник, ведь клиент-то наш убегает! 

― Дурак!

Ну вот, недоволен, рычит, почти как Водитель Легионов… Чего рычит?

― Ты кретин! Осел! Безмозглое выргазилло!

О, сейчас на свой язык перейдет, браниться станет.

Брань я понимаю на любом языке, а этот ругается душевно, громко… Похоже, начальник не верит, что клиент убегает, что клиент уже убегал-убегал, а потом чудище, которое его есть явилось, зарубил и был таков. Потому что не ждал, пока они ритуал доведут до конца, а оказался прямо рядышком, не дал набрать силу, и связать себя не дал через жертву… Короче, по-свински себя повел.