Мост

Вот, значит, как… Вот, значит, как! Жалкие человечишки посмели посягнуть на то, что я уже счёл своим! Отобрать добычу у эгира! Пусть они не знают, что господин барон – моя жертва и кто такой эгир тоже – это не оправдание. Придётся хоть кому-то кроваво ответить за всеобщее невежество.

Я потёр ладони, уравновешивая энергию.

– Девчонки, куда всех увозят, вы не знаете?

Они почти синхронно покачали головами.

– Ну я сам разберусь. Рада, останься, помоги барышне, поговорите о своём, о женском, а я, пожалуй, погляжу, что тут можно сделать.

Я выскочил на улицу. Дурак в вечернем одеянии посреди блестящей от влаги мостовой. Дождь что ли шёл? Нет, слуги чем-то полили камни, словно смывали след подвалившей в дом беды, но я не собрался мчаться по нему, нюхая дорогу как охотничья собака. Если, пробыв тут пару дней, я уже наткнулся пару раз на колесницу с людьми-лягушками, значит, они в городе – явление обыденное. Эти уехали – найду других. Мне всё равно.

Я простёр восприятие, начал отслеживать не грузовики, конечно, а боль и страх людей – это всегда проще.

Не прошло и получаса, как я подоспел к месту очередного происшествия. Грузили женщину. Распустившиеся волосы мели мостовую, и я мимолётно пожалел, что такое богатство пропадет из-за сущей ерунды вроде непрочности человеческой жизни. У меня, к примеру, шевелюра не сказать чтобы роскошная. Ну да сейчас не об этом.

Родственники несчастной испуганно мялись в сторонке, потому носилки беспрепятственно исчезли под тентом.

Кто-то из санитаров забрался туда же, кто-то сел в кабину рядом с водителем. Пока они суетились я уже навёл на себя отрицание и запрыгнул на самый верх. Брезент немного прогнулся под моим не таким существенным весом, но к этому факту следовало отнестись философски. В принципе, люди мало внимания обращают на окружающие их вещи, а бригада наверняка трудится так усердно, что всё время, что может вырвать для отдыха ему же и предаётся. Никто снизу не потыкал пальцем мне в живот и ладно.

Я удобно разлёгся на крыше фургона, глядя вперёд как носовая фигура корабля. Ехали мы довольно извилистым маршрутом, но, как я вскоре понял, не для того чтобы сбить с направления вероятных преследователей, а чтобы забрать ещё одного несчастного. У этих мирных обывателей без скандала не обошлось, но я наблюдал крики слёзы и прочие проявления чувств равнодушно. Злился лишь, что теряю время. Могли бы и сразу рулить по назначению, не задерживая занятого эгира.