Ночь - король фонарей

чуточку неуклюжим, чуточку полноватым, с пушком на подбородке, с ямочками на щеках... Я на мгновение потерял дар речи, увидев тебя вблизи. Что с тобой стало! 

   Твое человеческое тело превратилось в сгущенный воздух и приобрело античные пропорции. Ты вытянулся в струнку и выворачивал стопы носками наружу. Твое лицо стало жестче и строже, ямочки пропали вместе со щеками, а ресницы отбрасывали густую тень на скулы. Ты стал как-то чрезмерно, нехорошо, вызывающе красив для смертного.

   – Товарищ, а откуда я вас знаю? 

   Товарищ... 

   – Разве я тебе не снился? – спросил я грустно. 

   Ты пунцово покраснел, что раньше за тобой не водилось, и сказал запальчиво: 

   – Ты смеешься, а я тебя взаправду где-то видел! 

   Я провожал тебя до дома.

   Будь я проклят! Мне ведь показалось, что ты поглупел за эти годы. Сделался вздорным и грубым. Приобрел отвратительную манеру фыркать и презрительно смеяться. Краснел по любому поводу, будто тебе на ум приходили чудовищные непристойности. Небрежно употреблял в разговоре гадкие жаргонные словечки вроде «пятилетка» и «контра».

   Чтоб я сгорел, я ведь злился на тебя! Я так долго ждал и настолько не этого ожидал, что стал несправедливым и поверхностным. Я забыл, как живые оставили тебя одного в городе, полном упырей. Как ты жаловался, что кончились твоя охра и берлинская лазурь, а красок нигде не купить. Как тебя кололи штыком, а ты цеплялся за окровавленный снег.

   А я еще оборвал тебя: 

   – Манера говорить – как у воришки! 

   Ты сморщил нос: 

   – А у тебя – как у буржуя недорезанного! Да кто ты такой вообще?! 

   Это показалось мне уже чрезмерным. Я в ярости развернулся и быстро пошел прочь, чувствуя себя безмерно разочарованным.