Ночь - король фонарей

"» – «Нет, я на остановке!» – раздраженно отвечает женщина и дает отбой. Неведомый абонент перезванивает. «Ночь – король фонарей...» – женщина фыркает в трубку, сует мобильник в карман. 

   Фонарь медленно меркнет. Ветер треплет длинную челку бледного парня, замершего у обочины. 

   Вдалеке загораются фары, приближаются с нарастающим мерным гулом. Мимо остановки проносится тяжелая шаланда со значком «Взрывоопасно» – за ней вихрится снежная пыль, ложится узкими свернутыми белыми полосками, похожими на начерченный мелом знак интеграла.

За первой шаландой пролетает вторая, за второй – третья; дынный запах зимней ночи задыхается в бензиновом перегаре, мостовая стонет и дрожит от тяжести и воя моторов. 

   На лице бледного парня появляется болезненное отвращение. Оно сходит постепенно, тем заметнее, чем дальше габаритные огни шаланд. Вместе с запахом бензина в воздухе потихоньку рассеивается грубая угроза чему-то.

Младший из южан смотрит на дисплей мобильника несчастными глазами. 

   Время не идет. Фонарь медленно разгорается, и снег под ним кажется медовым. 

   Чего они все ждут? Автобуса нет. Даль в длинной перспективе улицы совершенно темна; светятся только фонари, желтые и обманно теплые в ночи. 

   

   

   Мне хотелось небытия.

 

   Я остался, потому что ждал тебя вопреки очевидности. 

   Я не мог поверить, что твое тепло бесплодно и бесплотно развеялось по пространству. Я не верил в рай и ад – это было бы слишком грубо и слишком плоско для такой сложной и непрямолинейной вещи, как Мироздание. Я не верил в души, безоговорочно достойные ада, целой вечности непомерной муки – хотя непоследовательно обрадовался бы, узнав, что там пребывают твои убийцы.

Еще мне казалось, что рай слишком прост и скучен для тебя.

   Да и добродетелен ли ты был? 

   Душа, творящая красоту без морали и желания что-то менять, из той же внутренней потребности, которая побуждает птицу петь, а бутон – раскрываться в цветок. Душа, прорастающая через страх гибели и боль цветения... Кажется, в этом есть нечто нехристианское.