Когда гибнет оплот памяти

Она посмотрела на ожерелье, сиявшее, как луна, и перед ногами вдруг появилась дорожка, дрожащая, словно блики на ночной воде. Ника ступила на нее, и блики удержали вес ее души, теперь легкой, как пушинка.

Она спускалась с белого дерева во тьму, и ей казалось, что чары волшебных ветвей хранят ее и на отдалении, а ожерелье сумеет согреть даже во льдах Нижних миров. С каждым шагом волосы ее отрастали, струясь непривычным шлейфом за спиной.

Вскоре босые ступни Ники коснулись почвы, если ее можно было так назвать. Это была земля из клубящейся тьмы, и высокая трава, растущая на ней, больше походила на причудливо заострившиеся клочья тумана.

Листья плавно колыхались из стороны в сторону, как под водой, а не на ветру.

Хотя в этом мире не было источников света, Ника вдруг начала различать все больше оттенков. Кроме того, она слышала звуки - щелканье, поскрипывание, шелест, журчание и, наконец, дыхание.

Не свое. Нечеловеческое. Прерывистое и злое.

Ее рука сама схватила пучок травы, и Ника прижала ее ко лбу, кроша листья в пальцах и обращая их в туман.

Она завернулась в него, как в покрывало, и начала подкрадываться к источнику звука. Ника пыталась слиться с окружающим пространством, но, когда приблизилась к ручью из черной мглы, создание уже повернуло к ней голову.

Более всего оно походило на крокодила: длинная пасть с щучьими неровными зубами, костяные наросты от переносицы до хвоста, и на лобовом наросте располагалась еще одна пара глазниц. Теперь Ника видела и глаза - бледные зеленоватые огни, затянутые паутинной сеткой.

Создание угрожающе изогнулось, ударяя хвостом о ручей и поднимая облако брызг, повисающих в воздухе черными дымящимися жемчужинами. Чудище боком подбиралось к Нике, переступая тонкими ногами с копытцами. Девушка разглядела сквозь боковые бронированные пластины ребра и пустоту меж ними.

И, когда меж человеком и фантомом оставалось не более метра, Ника сбросила покровы тьмы, открывая ожерелье на груди.

Оно полыхнуло, как новая луна, и все четыре глаза древнего чудовища отразили ее свет.

Тварь замерла, не в силах сдвинуться, и даже затаила дыхание.

Ника же внезапно поняла, что нужно сделать дальше. Знание пришло из ниоткуда, но руки ее двигались умело, будто она не в первый раз занималась фантомной охотой. Ника вырвала один волос, и он засиял, как струна при лунном свете. Без страха шаманка обвязала шею чудовища, затягивая волос на шее особым узлом, и тогда тварь легла у ее ног - покорно.

Пасть приоткрылась.