Море Имён

Когда папа возвращается, все радуются как сумасшедшие. Алик тоже прыгает и смеётся, папа тискает его и подкидывает к потолку, потом тискает маму и свою маму, бабушку. Папа весёлый и храбрый, живой и тёплый, и пахнет горами. Папа берёт гитару и поёт песни.

Зеленым-зелено пламенел лес,

В земляничной глуши заяц рыскал.

Был с небес глас

И шептал бес:

«Не живи тихо, не летай низко!»

— так он поёт, а мама снимает его на камеру и смеётся.

Они самые лучшие на свете.

Самые счастливые.

...Похоронив бабушку, папа целый год сидит дома.

Друзья его приходят в гости, рассказывают о восхождениях, показывают фотографии. Теперь фотографии цветные, очень красивые. Папа улыбается, отмахивается, мотает головой, но Алик видит, как ему тоскливо — без гор.

Папа с друзьями заводит кооператив. Алик не знает, что такое кооператив, ему кажется, будто это что-то из мультика про спасение животных. Он думает, что папа как раз такой человек, который сумел бы спасать животных. Но кооператив — это всё-таки что-то другое.

Папа делает ремонт. Клеит новые красивые обои, меняет двери, белит потолок. Привозят новую мебель, вешают новый ковёр на стену. Дом становится как будто моложе и просторней прежнего, но вместе с тем теряет часть памяти: он уже почти не помнит бабу Зурю.

Папе весело делать ремонт, но с горами всё равно ничто не сравнится. Папа прибивает гвоздик и вешает на стену большую цветную фотографию в рамочке — обрыв, острые каменистые пики, курится туман в причудливо вырезанной расселине, снежно сияет свет.

Мама гладит папу по голове и вздыхает.

Он честно старается, папа, но он не выдерживает, и мама смиряется, потому что очень его любит.

Папа снова уходит в горы.

Становится пусто-пусто, но совсем не так, как было пусто, когда жила баба Зуря. Как-то иначе пусто. Неуютно...

И маме звонят — откуда-то издалека, из тех краев, где папа с верными друзьями покоряет вершины. Мама прижимает к уху телефонную трубку и становится белой как снег. Алик ничего не понимает, только сердце у него бьётся очень часто, будто сейчас выпрыгнет из груди.

В тот день больше ничего не происходит.

Маме звонят назавтра. И ещё через день.

И ещё потом, кажется, звонят.

Алик, наконец, слышит обрывки разговора. Лавина, спасательная операция... не дала результатов... решением суда признан...

Признан погибшим.

...Утром мама бежит по коридору в туалет, спотыкаясь о разбросанную обувь. Её тошнит.

Через полгода рождается Иней.