Море Имён

«Инька, — крутилось в голове, — Инька, Инька... я ведь маме сам сказал, чтобы она не волновалась, замуж выходила спокойно... она меня послушалась. Она кого попало слушается! Господи, нельзя было... нельзя человека, который слушается кого попало, так отпускать. Папа, ну почему, почему ты ушёл так рано... почему я тут самый взрослый... Господи, на кой чёрт она крестилась? Господи, что я говорю... чушь какая-то».

Рассеянным движением он открыл холодильник, посмотрел на пустые полки. Надо было чего-нибудь поесть, пусть и не хотелось.

.. В пятнадцать лет, экстерном заканчивая школу, Алей как-то ухитрился упасть, точно девчонка на диете, в голодный обморок — и с тех пор не доверял желаниям и нежеланиям организма. Из еды имелись сосиски, пельмени и полпакета молока. Идти в магазин было невыносимо лень. Тянуло сесть за компьютер, погрузиться в код или в интернет и забыться.

Но на завтра с утра до вечера планировались дела, а вечером обещала прийти Осень. К её приходу надо было успеть убраться в квартире и что-нибудь приготовить, потому что Осень тоже забывала есть.

Голодная Осень умела только работать, а Алей рассчитывал на что-нибудь повеселее.

Тут он вспомнил про апельсины.

Когда Лёнька Комаров уговорил его поискать собаку с помощью ассоциативной цепочки, в той оказалось несколько чуждых элементов. Само по себе это было нормально: десять процентов «мусора» в цепочке — результат высокой чистоты, успех даже для мастера.

Но Алей не был мастером.

Он был — лайфхакер.

Взломанных Пределов на его счету было больше, чем у иного мастера — успешных поисков.

Горделивая эта мысль точно отбросила его назад, в прежние времена, и Алей выругал себя. «Всё. Я завязал. Ляна — последняя, — хмуро повторил он. — Больше я этим не занимаюсь».

И больше он этим не занимался. Даже заказчики перестали стучаться. Как лайфхакер Алей ушёл в историю...

...но мусора в цепочках у лайфхакеров не бывает. Их цепочки ветвятся, сплетаются, врастают одна в другую, становясь сетью — большой сетью, которая способна, если посвятить её плетению несколько лет, стянуть собою весь мир — и тогда станет видно, как именно взмах крыльев бабочки порождает тайфуны.

.. Собственно, увлекшись витьём личной паутины, Алей и грохнулся в обморок, забыв о еде. С тех пор воспитывал самоконтроль, обуздывал любопытство.

Впрочем, иногда любопытство было на пользу. Например, сейчас. Идти в магазин лень, а надо; пойти туда не ради покупок, а ради проверки одного из ответвлений гораздо интереснее.