Книга 1. О людях и демонах

Румий с досадой вздохнул и, небрежно стерев пальчиком каплю с щеки, обвел нас смеющимся взглядом. Никто не тянул руку, все отводили глаза.

— Никто? — разочарованно уточнил он. — И как вы только охотиться собираетесь? А ведь это был всего-навсего низший уровень... через час он бы и сам скопытился. Вы же так ныли, что хотите настоящего архонта — так вот он, получите-распишитесь! Эх, молодежь... Дюк, Ольш, помогите мне.

Дальнейшее я смотрела, как некое представление, полностью утратив нить реальности. Мои друзья выглядели слегка заторможенными, в отличие от старшекурсников, которые склонились над кучкой останков с каменными минами, держа наготове флакончики с водой.

Румий трижды осенил горстку крестным знамением и вполголоса принялся читать молитву полного очищения.

Прах больше не горел, и теперь от него со свистом исходил зеленоватый дымок. Вскоре на месте ошметков не осталось ровным счетом ничего, кроме разводов подсыхающей слизи. Был архонт на самом деле или его не было — я уже не понимала.

— Главный закон бытия гласит, — закончив с молитвой, Румий повернулся к нам и торжественно пояснил, — ничто не исчезает в никуда и не берется из ниоткуда, верно? Так куда же делся наш дорогой гость? Вернее, вопрос не в том, куда, а в том, как? Сана.

Я чуть не подпрыгнула, совсем не ожидая вопроса, и панически вжалась в стул. Моим сокурсникам впору было рассмеяться, но все молча и внимательно ожидали моего ответа. Кажется, до меня слишком долго доходило, что нужно бы что-то сказать.

Запинаясь, я выдала первое, что с перепугу пришло мне в голову:

— Ну, он ведь не являлся частью нашего мира... мира материи... вот и... потерял свои физические аспекты?

— Ты это у меня спрашиваешь? — весело поинтересовался мужчина, и я с облегчением поняла, что хотя бы не ляпнула полную чушь. — Ваша терминология меня просто убивает. Мир, аспекты... где Вы такого набрались? В целом, все верно: демоны визуализируют материю точно так же, как мы визуализируем печати. Когда дух архонта оказался подавлен божьей волей, его визуализация рассеялась.

Низшим уровням сложнее поддерживать этот процесс, поэтому их быстрее разъедает наш «святой» воздух. Демонам место в аду, а людским душам — в раю.

— То есть, они вернулись туда же, откуда и явились? — без задней мысли спросила я.

Румий неодобрительно изогнул брови и вздохнул.

— Поэтически воспетая обитель дьяволов — ад земной... — пугающим тоном произнес он, — стоит уметь отличать реальность от поэзии.