Книга 1. О людях и демонах

— с притворно-тяжким вздохом пожаловалась охотница, откидываясь на подушку, — ну, и на кой конкретно вас послали, а? Вы же небось еще и архонта живого не видели.

— Мы же только на первом курсе, — зачем-то принялась оправдываться Соя, но ее перебил Эндрик.

— Группа Диез, первый курс **16-го года поступления! — отрапортовал он. — Мое имя Андрей Клипухин, охотничье имя Эн...

— Даже запоминать на стану! — лицо Аники искривилось. — Все равно из вашей пятерки до выпускного доберется лишь один... четверо, в лучшем случае, уйдут.

Значит, будете очкарик, мышка, цыпленок, нарцисс и морковь. Итак, очкарик, повторяю вопрос: что конкретно вам нужно?

Ну вот, я — морковь. Аника отличалась просто верхом оригинальности. В конце концов, раз уж мой цвет волос так выделялся, могла бы назвать лисичкой или хотя бы рыжиком. Мило же. Но нет, просто отлично. Я теперь буду не Саной, а Морковью. Соя и Рэм мне этого точно не забудут.

— Расскажите нам о печати, которой Вы уничтожаете архонтов, — резкие слова охотницы слегка осадили пыл Эндрика, но его порыв это не остановило.

— А не рановато ли вам печатками баловаться? — с сомнением посмотрела на нас Аника. — Еще и проецировать-то небось не умеете. Рано вам атакующую печать изучать!

— Так нам для исследований нужно! — встряла Соя, незаметно пиная ногой Эндрика. — Мы изучаем природу архонтов... ну, и воздействие на них печатей разных свойств. Как же иначе мы научимся их проецировать?

— Резонно, — кивнула девушка, — что ж, я так понимаю, мне от вас не отделаться, пока не отвечу на все ваши вопросы? Коран просто.

.. Пф, ладно! Присесть не предлагаю, все равно некуда.

Один стул в палате все же имелся, но никто из нас не набрался наглости на него претендовать. К тому же, нам мягко намекнули, что стоять будет предпочтительнее. Я вытащила из сумки блокнот с ручкой и приготовилась делать заметки.

Старшекурсницу наш комфорт, похоже, вообще не заботил. Она воспринимала нас как некий временный раздражитель, который исчезнет, как только она выполнит просьбу декана.

Вот как один человек мог вызывать такие противоречивые эмоции? Я восхищалась Аникой, я уважала ее как выдающегося охотника и догадывалась, что она та еще стерва. Ощущался в ее характере тот самый холодок, который я замечала почти у всех охотников — словно люди для них были не более, чем букашками, отнимающими ценное время.

— Обычно атакующие печати состоят из простых основ, — скучающе начала студентка, поглядывая на нас поверх очков, — сила, скорость, движение.