Незаменимый

«Пацаны» потихоньку обходили Гранина, смыкая кольцо вкруг него. Взгляд главаря вдруг прояснился.

— Слышь, маркиза, те чё тут надо? Может, хочешь свои часы отдать или шубейку? Так это мы ща организуем.

Панки зловеще лыбились, предвкушая веселье.

Вот только что могут хулиганы против настоящего учёного советской закалки, да ещё Иного, да ещё если он последние две недели безвылазно проводил в библиотеке Дневного Дозора? Гранин многое усвоил за эти дни, да и его руки ещё помнили, с какой стороны браться за паяльник.

Аристарх Филиппович сжал в кармане пальто самодельный амулет — две спаянные гайки — и тихо сказал:

— На колени, подонок.

Главный хулиган расхохотался, но вдруг его смех прервался и сменился хрипением. Он схватился за горло, и Гранин повторил приказ.

Надо отдать парням должное: они не разбежались, как рассчитывал Аристарх Филиппович, а бросились к нему, достав неведомо откуда ножи, кастеты и даже пару бейсбольных бит.

Но он был готов и к такому повороту. Нападавшие свалились в метре от него, словно натолкнувшись на невидимую сферу.

Один из хулиганов выхватил пистолет и выстрелил, но пуля звонко отскочила от сферы и улетела в ночное небо. Стёкла дома опасливо задрожали.

Главарь тем временем повалился на колени. Его лицо налилось кровью, глаза вылезли из орбит, рот безуспешно глотал январский воздух.

— Остановитесь, Аристарх Филиппович.

Не оборачиваясь, Гранин проскрипел:

— Кого я слышу! Что вам здесь нужно, товарищ Крячков? Идите своей дорогой.

Андрей-Ипполит вышел из-за деревьев и встал за спиной главаря, глядя в глаза Гранину.

Остальная банда застыла в странном оцепенении, а Крячков заговорил быстро, словно преподаватель математического анализа, желающий уместить две лекции в одну пару.

— Послушайте. Я понимаю, вам власть в голову ударила. Я услышал, как вы красноречиво описали своё новое положение. И я уверен, что вы не сильно ошибаетесь. Вам теперь многое сойдёт с рук. Тем более здесь, в царстве Тьмы, куда Ночной Дозор предпочитает даже не соваться.

Но вы же сейчас убьёте этого парня. Что он такого сделал вам, что вы хотите лишить его жизни? Музыка мешала? Но вы могли просто внушить, и они бы никогда сюда больше не пришли. Могли даже при желании сделать их вашими верными слугами. Это было бы отвратительно, зато без лишних жертв. Да банально сломать магнитофон, даже не выходя из квартиры! Однако вы захотели крови. Зачем?

— Не учите меня жить, товарищ Крячков. У вас своя дорога, у меня — своя.