Попутчики

– Отлыниваешь от танцев, – пояснила Мари, накручивая на палец длинный каштановый локон. – Ты, между прочим, мне задолжал.

– Разве? – улыбнулся Крис. – Кажется, мне срочно нужно записаться к неврологу. Или кто там лечит провалы в памяти?

Она рассмеялась чуть громче, чем заслуживал комментарий. Пару секунд подождала продолжения фразы и напомнила:

– Я пригласила тебя на танец. А ты не ответил и растворился в тумане…

Голос Мари вибрировал бархатными кошачьими нотами столь откровенно, что даже без обострённой чувствительности поля Крис едва ли мог бы ошибиться в её намерениях.

– Извини, я сегодня не танцую, так что лучше не приглашай, чтобы не увеличивать мой долг.

Он хотел было встать с подоконника, но Мари в несколько плавных шагов приблизилась почти вплотную, отрезая пути к отступлению. Бёдра, едва скрытые тонкой тканью, коснулись его коленей, решительный взгляд впился в глаза, аромат духов, неощутимый на расстоянии, теперь окружил, защекотал горло.

– Неужели ты сможешь устоять? – проворковала Мари, опуская ладонь на подоконник.

Крис почувствовал, как её пальцы, будто случайно, скользнули по бедру.

– Думаю, что смогу усидеть.

Он медленно допил сок, не позволяя лицу собеседницы оказаться слишком близко. Вместе с апельсиновой сладостью проглотил раздражение. Отставил стакан. Любопытно прищурился.

– И с кем ты на меня поспорила?

Мари выпрямилась так резко, что едва не потеряла равновесие. Растерянно шагнула назад.

– Ты так удивляешься, будто не слышала, что я умею читать мысли, – усмехнулся Крис.

– Эта байка ходит по универу уже пару месяцев.

Ни о каком чтении мыслей речи, разумеется, не шло, но азартной дрожи в поле Мари было достаточно, чтобы сделать предположение. Судя по реакции, догадка оказалась верной.

– И каковы условия? – Крис спрыгнул с подоконника и, обогнув собеседницу, вернулся к столу. – Танца будет достаточно? Или у тебя более амбициозные планы?

Поле Мари донесло ответ раньше, чем девушка справилась со смущением.

Криса обдало волной жара, на мгновение воздух показался горячим и разреженным, и тут же, вместе с чужим желанием, в поле толкнулась хмельная лёгкость. Она разливалась по залу, как тончайший аромат озона после грозы, танцевала музыкой на барабанных перепонках. Будь что будет! Не думай! Не взвешивай! Ничего не бойся! Здесь и сейчас – что тебя останавливает?

– …ты же знаешь. – Кажется, он пропустил начало фразы. – Дело не только в споре. Просто я здесь одна.