Офисник

Луша сглотнул и чуть подтолкнул вперед тарелку с печеньем, надеясь, что она заменит хлеб-соль.

— Йа постаралься не опоздать, но йа извиняйусь, — в кухне прозвучал голос, который должен был принадлежать гостю. Рот оленя оставался закрытым, но офисник не сомневался, что говорил именно он.

— Вы не представляете, как мы вам рады, спасибо, что согласились помочь! — Тоня оторвала ладони от ушей и, заулыбавшись, встала на стол.

После короткого знакомства Луше осталось только слушать беседу и рассматривать иностранца.

Он знал, конечно, что в каждой стране есть свои особые духи, но огнеглазый олень казался ему настолько экзотичным, насколько возможно.

«Аньянга. Главное, не забыть и не перепутать местами согласные. Он — Аньянга», — Луша непреднамеренно начал ковырять ногтем столешницу.

Гостя звали Инг, и он был бразильским духом леса. Как рассказала Тоня, Инг иммигрировал сюда с представителями тропических лесов, потому что его основной задачей была охрана их потомства. Его новыми владениями стал зоопарк, особенно та его часть, где обитали звери с юга.

Недавнее рождение детёнышей было его заслугой: он принимал участие даже в судьбе тех, кто не был обитателем его родной Бразилии.

Луша немного побаивался его. Огнеглазые олени ему раньше не встречались.

Но нельзя было не признать, что за прошедшие годы Инг хорошо стал говорить по-русски, а значит, Тоня оказалась права.

— Йа готовь, — кивнул олень, когда Тоня закончила свой рассказ, — Можем уше пойти, думайу, я смоку вам помоч.

Луша спрыгнул на пол и указал на дверь:

— Нам сюда.

«Нет, вроде же все было такое же, только не такое», — думал он показывая дорогу к кабинету.

Луша просто отвык от подобного темпа жизни. Последние несколько десятков лет он провёл в опустевшей избе, где даже смена времен года воспринималась как событие. Он уже понимал, что когда Тоня, впервые приведя его в это место, говорила про моральную поддержку — он зря так просто отмахнулся.

Да, в большом крестьянском доме постоянно что-то происходило.

Люди ругались, мирились, всякая нечисть пыталась захватить территорию, скотина бессовестно рожала, болела и помирала совершенно не по плану.

Офис, конечно, был больше. И из скотины была только специфичная часть необходимых для баланса сотрудников да плесень на продуктах.

Потому когда между сотрудниками разнесся слух о том, что появится офисный питомец, которого на днях подарили владельцу фирмы, — он радовался больше всех, вместе взятых.