Сказка, рассказанная Сумраком

«Они руководствуются», не «вы руководствуетесь». Плохо, Доротея, ой, плохо.

Думаю, он тоже заметил. Но не прокомментировал.

— А теперь скажи, Светлая, как твоя теория поможет поймать монстра?

— Ну, для начала мне нужно как можно больше китайцев…

Оба Дозора выслушали меня молча, а затем оглушили, заговорив все разом. Не пытаясь понять что-либо в этой какофонии, мы с Колькой и Антонином просто ждали, пока они придут к какому-то мнению.

Наконец господин Ли, шеф Ночного Дозора, ответил, что моя просьба будет удовлетворена, и несколько десятков дозорных — направлены на поиски Иных, знающих кого-либо, связанного с нашей «сказкой».

А также — на поиски следов в Сумраке, той «ниточки», что один раз уже почувствовала я. Хотя эта часть плана была самой хлипкой. Неведомый художник где-то рядом, но Сумрак всегда поглощает следы быстрее, чем мы успеваем дойти до конца.

Мне было интересно, знали ли сами китайцы про кисть Ма Ляна? Наверное, догадывались, раз намекнули, что исследовательница артефактов может им пригодиться.

Догадывались, но догадками не поделились, вот мерзавцы. Или все-таки не додумались? Вспомним ли мы сами русский фольклор, когда подобное случится у нас? Может, и китайцы не вспомнили, а меня позвали по наитию. В конце концов, предвидения никто не отменял, даже у таких слабых магов.

Все, на сегодня дела были окончены.

Ждать, однако, пришлось три дня. И за это время художник успел убить еще одного. Точнее, одну.

Женщина, обычная женщина, возвращавшаяся домой через поле. Единственный очевидец утверждал, что ее проглотил дух гигантской змеи, а потом змея взорвалась, выбросив наружу искалеченное тело.

— Разрешите мне поговорить с ним? — спросила я у господина Ли, самолично поведавшего нам эту историю.

— С очевидцем? — уточнил он и почему-то задумался. Наконец кивнул: — Хорошо. Только не думайте, что его нельзя принимать всерьез. Мы проверили, он говорит правду. И вам понадобится переводчик.

Увидев того, кому пришлось столкнуться с сумеречным монстром, я поняла, почему председатель Ночного Дозора счел нужным предупредить меня. Мальчишка. Лет одиннадцати или чуть младше, худенький, типично для китайцев черноволосый и с темной кожей аборигенов острова. Звали его Шао Чан. Немного растерявшись поначалу — ну и как его допрашивать, вдруг станет вспоминать, заплачет, все-таки пережить такое… — я быстро поняла, что волнуюсь зря.