Герои и Злодеи. Марина

В попытке вырваться из стальной хватки я дёргалась, как ненормальная. Самое время для хорошей паники, верно? Ситуация по-настоящему ужасная, но мой супериор молчал.

— Я заплачу, хочешь? Пожалуйста, отпусти!

Поддельный герой не остановился. Он взял чуть в сторону и завис над проезжей частью, гул которой не мог перебить даже свистевший в ушах ветер.

— Прощайте, госпожа.

— Я сделаю всё, что ты ска-а-а... А-а!

Ухватиться за мужчину из положения спиной к нему невозможно. Вот теперь паниковать совершенно точно поздно.

Зажмурилась и вдруг почувствовала, как меня кто-то придерживает за талию, постепенно снижая скорость, чтобы не поломать позвоночник. Буквально в нескольких метрах до асфальта меня подхватили на руки. Чёрная Птица! На сей раз он был настоящий, я поняла это по знакомому запаху одеколона.

— Какого, на@#$н, х@# ты спрыгнула, Эванджейро?!

И по словарному запасу тоже.

Герой вернул меня обратно на крышу высотки.

— Ты спас меня, — озвучила очевидное. — Спасибо.

Даже после того как ноги коснулись твёрдой поверхности, Птица не стал отпускать меня пока не удостоверился, что я смогу удержать равновесие и не грохнуться на пол бесхребетной медузой. Получилось далеко не сразу. В глазах бегали мушки, пальцы дрожали от переизбытка адреналина.

— Решила на практике проверить, стану я тебя ловить или нет?

— Я не знала, что ты рядом.

— ЧТО?!

Напуганной я не выглядела, а вовремя сделать соответствующий вид не догадалась, и сейчас была похожа на капризную дамочку со сдвигом по фазе, а не на жертву несостоявшегося убийства.

— О чём ты думала?! Мне действительно любопытно знать, что творится в твоей голове.

— Тебе так сложно изобразить сочувствие? Девушка едва не погибла, а он злится!

— За дело.

— Лучше заткнись, Рэмирус. Серьёзно, достал. — В один шаг преодолела разделяющее нас расстояние, резким движением сжала ворот его водолазки и заставила наклониться к себе.

Не отпуская взгляда, медленно коснулась губами его губ. На мгновение в глазах Птицы промелькнуло непонимание, но он даже не шелохнулся. Если бы от него не исходило тепло, а сердце в груди не билось со скорость ста ударов в минуту, я бы вообразила, что целую статую.

Через несколько секунд разжала пальцы, отпуская водолазку.

— Можешь выдохнуть, — прошептала едва слышно.