Не своя смерть. Предатель

Даже ради тебя, - слабой улыбкой девушка дала понять, что последняя фраза – преувеличение. – Лезть в пандемониум? Какие же вы психи!

Радмир привлек ее к себе и прошептал на ухо:

- Мы. Мы – психи. Теперь уже – мы!

- Не поспоришь, - Полина рассмеялась, поцеловала в ответ.

- Расскажи, как все прошло? Сильно испугался? Тебе было больно? Лазариты помогали? Долго вообще это длилось?

- Знаешь, инициацию я хочу забыть поскорее.

- Ладно, пускай. Скажи хоть, что за умертвие тебе досталось?

Полина невольно поежилась:

- Его зовут Дрекавац.

Надеюсь, нескоро с ним увижусь снова. – Девушка сделалась задумчивой. – Игорь сказал, мне теперь надо будет регулярно заниматься спортом, побольше гулять. Кстати, что такое ХОБЛ?

Радмир с болью уронил:

- Это хроническая обструктивная болезнь легких. Значит, он вытягивает жизненную силу из дыхательной системы...

- Ясно. Зато Дрекавац хороший союзник в бою. Говорят, способен оглушить противника или даже убить криком. Представляешь?

- Ох. Давай лучше пройдемся, раз уж Игорь это рекомендовал.

Переговариваясь, они шли по анфиладам залов поместья, не замечали других лазаритов, открыто держались за руки. Только раз Радмир отпустил Полину, когда навстречу попалась Людмила. Целительница проводила их таким пронзительным взглядом, что захотелось тотчас убраться подальше. Неясным осталось только одно: чего больше было в ее взгляде – зависти, тоски или гнева на несправедливую судьбу?

В северном крыле удалось разыскать уединенный балкон с каменными вазонами и скамьей.

Отсюда открывался вид на пустынный холодный сад. Балии просидели там до темноты. Полина по-детски восторженно любовалась открывшимся ей небом – полярным сиянием и жемчужным пологом, воздвигнутым выше облаков. А Радмир попутно рассказывал обо всем: о душах людей, о бесконечном пепле, о Всеволоде и своей семье.

- Однажды, после смерти, мне придется пропустить сквозь себя все воспоминания Никиты. Родиться им, вырасти, полюбить Людмилу, а потом умереть в той заброшенной котельной. От собственных рук – какого-то глупого напуганного Радмира, который никого не хотел убивать…

- Он простит.

Потому что увидит и твои воспоминания.

- Знаю. Все души рано или поздно перестают мерцать. Находят ответы на вопросы, примиряются с собой и другими, обретают покой. И потом светят ровно. – Радмир крепче сжал руку любимой. – Одно только ужасно жаль: прощение получить можно, а исправить ошибку в прошлом уже нельзя.

- Значит, не нашел ты еще свои ответы, не примирился.