Женька и миллион забот

Охранник, которого, наконец, оставили в покое, стоял посреди гостиной, расставив ноги и сомкнув руки в замок, его неуловимо-серые глаза цепко следили за каждым движением гостей. 

Женька же задыхалась. Мало того, что ее терзали самые неприятные предчувствия, так еще и вонь вокруг стояла такая, что хоть противогаз натягивай. Однако, похоже, никто ничего такого не ощущал. 

— Ты чего-нибудь чуешь? — шепотом поинтересовалась она у Дмитрия, который стоял рядом. 

Писатель озадаченно посмотрел на нее, мелко потряс головой и скорчил недоуменную физиономию: 

— В каком смысле? 

— Ну, кажется… воняет? Амбре… — и чтобы ясней стало, Женька помахала перед носом ладошкой.

Дима с шумом втянул носом воздух: 

— Да нет…

— Да или нет? 

— Нет, не воняет! — прошипел Дима, косясь на охранника. 

Тот молча испепелил их возмущенным взглядом, но вступать в разговор посчитал ниже своего достоинства. 

Анна Михайловна обернулась к сладкой парочке: 

— Прекратите шептаться.

Женька обиженно замолчала, но вонь становилась все невыносимей с каждой минутой. Она вдруг почувствовала, как тошнота подступает к горлу. 

— Извините, — начала она несмело, — что-то меня мутит… можно мне… ну… в дамскую комнату… 

Квадратно-челюстной смерил ее взглядом, хотел было что-то сказать, но в этот момент в гостиную вышел еще один охранник. 

— Слышь, Ферт, проводи молодую даму в дамскую комнату, — распорядился он.

Ферт, оказавшийся скользким типом костлявого вида, с прилизанными черными волосами, точно приклеенными к черепу, и маслянистым, бегающим взглядом, только осклабился: 

— Чево?

— В туалет для прислуги девушку проводи, — перевел с русского на русский охранник. Как видно, такое уже случалось не первый раз — привык. 

— А ей чо здесь, типа вокзальный туалет, что ли? — передернул тонкими губами Ферт. 

— Я бы вас попросил… — тут же вступился за художницу Дмитрий, но охранник лишь сделал в его сторону жест рукой: мол, не суйся.

— Слышь, Ферт, ты делай, чего тебе говорят. Может, ей хреново? Наблюет, я тебя лично заставлю с тряпкой за ней здесь все подтирать. Усек? 

Еще бы не усек! Кому ж охота тряпкой махать? 

Женька стояла, зажав нос и стараясь дышать через раз. Ее и вправду мутило страшно. 

— Ладно, телка, двигай за мной… — благосклонно мотнул головой Ферт, направившись куда-то по боковому коридору.