Арфист

ru, и я туда написала. Но ответа нет, так что даже и не знаю. Пишу сюда уже на всякий случай. Мало ли... Короче, если увидишь это письмо, ответь, пожалуйста: родственники, все же, не хотелось бы потеряться. Пока, надеюсь, до связи!»

Ребушки-воробушки! Вот оно! Сердце заколотилось, как бешеное. Конечно, письму уже месяца два, да и я без понятия, кто такая эта Лада и какой родственницей она мне приходится, но это же прогресс, так вашу в пень! Первый за столько месяцев! Кем бы она ни была, я потяну за эту ниточку и авось чего-нибудь размотаю.

Я не я буду, если не размотаю!

Быстро проглядев оставшиеся письма и убедившись, что больше ничего ценного нет, я удалил все чохом, кроме письма от Лады, и быстро отстучал ответ:

«Лада, привет! Извини, что не отвечал — зашился тут с делами, сто лет почту не проверял. Тот мой ящик на mail.ru накрылся медным тазом, а до этого вот только сейчас руки дошли. Очень рад, что ты написала — я давно ни с кем из близких не общался, соскучился прямо. Напиши, пожалуйста, как у тебя дела и вообще — какие новости.

А еще лучше — приезжай в гости! Посидим по-родственному, повспоминаем. Было бы классно! Жду ответа с нетерпением — надеюсь, тебе, в отличие от меня, такой хрюшки, не понадобится для него два месяца!»

В конце я поставил подмигивающий смайлик и нажал «отправить». Только после этого до меня дошло, что ответ я печатал, затаив дыхание. Выдыхай, бобер, выдыхай! Жизнь-то пошла интереснее! И в пень мою чертову болячку, как-нибудь переживу эти дни до сеанса.

Главное — чтобы Лада ответила побыстрее. А пока... Пока можно постараться что-нибудь о ней узнать. Захваченный новой идеей, я улыбнулся и снова придвинул к себе клавиатуру. А моя белая струна звучала бравурным маршем.

Глава 2. Владимир. «Именно вас я искала...»

Санкт-Петербург. 7 июня 2016 года

Стрелка Васильевского острова постепенно пустеет. Впрочем, Питер в июне практически не спит: в белые ночи даже давно привыкших к ним коренных жителей тянет гулять, не говоря уже о приезжих.

Люблю в такие вечера прогуливаться по набережным, улицам и площадям Северной столицы! Так мне лучше всего отдыхается: душа очищается от забот, тревог, сомнений и начинает петь... точнее, музицировать особым образом.

Сейчас это мне особенно нужно. Редкие свободные минуты, когда можно вырваться из сумрачной духоты квартиры, наполненной аурой болезни. Дядя уснул, и я точно знаю, что до пяти утра этот сон не прервется — привык уже за две недели к его режиму.