Арфист

Ничего себе пышки с Большой Конюшенной! Пошло дело, пошло! Двоюродная сестра, не хухры-мухры! Конечно, если мы с ней виделись всего один раз, многого она мне не расскажет, но хоть что-то, от чего можно будет плясать как от печки! Откуда я перебрался в Питер? Где мои родители? Кто они? Имена других родственников? Может, еще что-нибудь из прошлого Дениса Кульчего, которого амнезия шарахнула, словно в дурной мыльной опере. Любая мелочь будет кстати!

Я едва сдерживался, чтобы не начать прыгать от радости. Приехать и поселиться? Да хоть завтра! Все заморочки понятны: «контора», мой дар, приступы раз в месяц, ведьма в зеркалах, Изнанка, куда мне периодически приходится сбегать.

.. Но все это фигня по сравнению с возможностью добраться до своего прошлого. Решено! Я быстро напечатал ответное письмо:

«Лада, здравствуй! Что за вопрос — конечно, приезжай. В моей квартире места хватит. Сообщи, когда приедешь, — я встречу. Вот мой контактный телефон для связи...»

Глава 4. Владимир. Зеленый огонь под лиловым небом

Санкт-Петербург.

9 июня 2016 года

Итак, все произойдет на Марсовом поле. Когда только зашла речь о месте Силы, я сразу подумал о нем. Именно там меня всегда охватывает необычное чувство, которому я, несмотря на свой весьма небедный словарный запас, не могу подобрать определения. Именно здесь, особенно в центре, у Вечного огня эффект «сейчас полечу» вкупе с замиранием души проявляется сильнее всего. Здесь город звучит особенно величественно. Орган, колокола, мощные духовые.

.. Словно гимн... Мемориал в центре чем-то похож на языческое капище: Вечный огонь в центре, стены, прямоугольные в плане, четверо ворот с обелисками и стихи. Довольно странные стихотворные строки на торцах стен у каждых «ворот». Вроде бы посвящены они павшим революционерам, но лично меня при чтении пробирает глубинная дрожь, словно я читаю заклятие черного гримуара.

— Твои ощущения близки к истине, — неожиданно произносит Дарья. — С этими надписями все действительно не так просто.

Я вздрагиваю — никак не привыкну к ее телепатии.

Она невероятная женщина с феноменальными способностями, и я испытываю к ней нечто вроде пиетета. Но когда к тебе так бесцеремонно лезут в голову, это раздражает, как бы ты к незваной гостье ни относился. Может, и сам бы пригласил, спроси она разрешения. Но ведь не спросила! Или тут, в среде пробужденных, так принято, и просто я, дикий и немного бирюковатый провинциал, еще не привык?

— Прости. — Она даже делает шаг назад.