Кокон

- Принеси мне сигареты – я не смогу подойти туда. И коньяк. У тебя же был машине коньяк!

- Две бутылки, - он постарался улыбнуться, наклонился и поцеловал ее. – Подожди – я быстро.

Шадрин направился к «Ниве». Он заставлял себя не смотреть в сторону убитого существа, но взгляд сам тянулся к краю насыпи со скорчившимся серым телом в бурых потеках крови. Игорь подошел совсем близко и видел теперь вывернутую ногу, с торчащим острым краем кости, выше синеватый рисунок венозных сосудов на смятом крыле и чуть волнистые, как у Наташи, светлые волосы, прилипшие к голому черепу.

Видел вывернутую кровавой кашицей плоть – раны кучно ударившей дробью или картечью. На шнурке, свисавшим с ее шеи, был кусочек зеленоватого камня с рельефом похожим на тайный знак или картуш. Он подумал, что не знает кто она, зачем и откуда, но он не хотел ее убивать. Она… это крылатое существо, прежде так похожее на женщину… может, демон или заблудший ангел… Да, да, она сама напала, ползла, царапая ногтями землю и бетон, и он был вынужден стрелять, должен был защитить Наташу.

В лотке возле ручника Шадрин нашел еще два патрона, взял сигареты и кожаную сумку с заднего сидения.

- А-а- ааа!

Эрон опустился ниже. Воздух этого нелепого мира был слишком легок и слаб – не хотел держать его могучие крылья. От дикого запаха чужой земли кружилась голова, в ушах стоял звон, будто рядом пел хор вертких пиу. Описав дугу, Эрон оглядывал лес – густой, низкий и такой до боли зеленый, что вспомнились, пришли из сна цветы Смерти и Любви.

Будто царапина твердым когтем, через этот лес тянулась ровная долгая линия. Изгибаясь, она вела к мрачным скалам, похожим издали на славную твердыню Орр, а красный дразнящий свет заката делал это сходство пьяным. Где-то там должна его ждать Ила, там, где полосы тумана выползали из призрачно-синего круга Ворот.

Ила, конечно, сердится, злится, что он улетел без нее далеко. Но он то просто увлекся, увлекся на несколько мгновений скольжением в этом пустом небе. Иногда ему чудился ее воинственный клич в погоне за какой-нибудь глупой земной тварью или ее призыв, ее нетерпение скорее видеть его, взвиться вместе к краю облаков и падать потом, взявшись за руки.

Тихо шуршали крылья за спиной. В скользком пустом воздухе полет был стремительным, и пьяно кружилась голова. Может и не так плохо, что они заглянули в этот нелепый мир. Старик Ахрэй говорил, будто здесь бесполезные дикие земли, а испарения и даже ветры бывают ядовиты… Наверное, он прав.