Синдром Вильямса

– А раньше о чем думала?

– А раньше мне нужно было заработать денег на учебу, – с вызовом ответила я. – Родителей у меня нет, содержать некому.

– Так ты детдомовская? Сиротам положены льготы при поступлении, – несмотря на нарочито грубый вопрос, он звучал мягко. И я видела в глазах врача сочувствие. Настоящее, не поддельное. Свое.

Я сглотнула подступивший ком. Только бы не расплакаться!

– Родители погибли, когда мне было восемнадцать. Других родственников у меня нет. – Я дернула плечом. – Я бедная. И сирота.

– Извини, – он похлопал меня по плечу. – Я не буду больше. Извините, что помешал. – Он развернулся и вышел из палаты. Я надеялась, что он вернется, но он даже не обернулся. Что ж, и здесь он поступил так, как сделала бы я. Но он не нашего народа, он человек. Значит, у них не все потеряно…

– Он классный мужик, – заговорил Матвей. – И вообще на скорой редко работает. Мне повезло.

– Да ты вообще везучий, как я посмотрю.

– В общем, да.

– Знаешь, мне пора. Я вижу, ты в надежных руках. Угрозы жизни нет, восстанавливаться будешь пару месяцев, но потом забудешь, что было.

– Врач тоже так говорит, – улыбнулся Матвей. – Но ты не ответила на мой вопрос. Как я могу тебя отблагодарить?

– Не надо меня благодарить. Врача лучше отблагодари. И выздоравливай.

Я подумала, не похлопать ли его по плечу, раз здесь так заведено, но решила, что лучше не нужно. Я и так провела рядом с ним слишком много времени.

– Подожди! Не уходи! дай мне свой телефон, пожалуйста.

– Зачем?

– Приглашу тебя на ужин, когда выйду из больницы – ответил он, – раз ты не хочешь бриллиантов.

– Увидимся на работе, Матвей, – ответила я, точно зная, что не увидимся.

– Нет, не увидимся.

– Почему? – насторожилась я. Он что, читает мысли?

– Я не хочу туда возвращаться. Мне страшно. Вообще не хочу больше работать в офисах.

– А где хочешь? Ты разве можешь работать на улице? У тебя ведь профессия с техникой связана.

– Значит, сменю профессию. У меня отец юрист. Он говорит, что мне положена компенсация от компании – за производственную травму.

– А они далеко живут? – осторожно спросила я.

– Далеко. В Якутии.

– И чем ты будешь заниматься в Якутии? – я спросила в основном затем, чтобы повторить незнакомое слово, запомнить его и посмотреть дома на карте, где находится эта самая Якутия и можно ли будет считать расстояние между нами безопасным.

– Буду фотографом.