Шатун

Хотя бы потому, что рядом с ним стояла вешалка с перевёрнутой пластиковой баклажкой (вешалка, по всей видимости, была та же, что находилась в «моей» комнате), из которой посредством медицинской «системы» в шею неживому чуваку заливалась розоватая жидкость. Сильно сомневаюсь, что тут соблюдались элементарные правила асептики и антисептики.

С другой стороны на тумбочке тихо щёлкал и жужжал прибор размером с «олдскульные» настольные механические часы. Из прибора выходили две прозрачные трубки, которые исчезали под одеждой Терминатора в районе груди.

Сбоку в приборе торчал заводной ключ – такой же, как в механических часах.

Минуту-другую я тупо пялился на неподвижного Терминатора, у которого, если не ошибаюсь, заводное сердце, стоящее на тумбочке. Когда ступор прошёл, я сорвался с места и подбежал к последней неисследованной двери.

Открывал осторожно – после Терминатора рисковать расхотелось. В лицо пахнуло затхлым воздухом с примесью запаха машинного масла, сырости и канализации. Дверь выходила на самый настоящий заброшенный перрон метро.

Он был совсем крохотный; сомневаюсь, чтобы им часто пользовались. Я уже примерно догадался, куда попал: в старое бомбоубежище для больших шишек, которые рулили при Совке. Элементарно.

Здесь подземную тьму рассеивали гудящие дросселями люминесцентные лампы. Удивительно, что бомбоубежище до сих пор снабжается электричеством. Или у него собственный источник энергии? Скорее всего так, ведь это бомбоубежище должно функционировать после атомной войны.

В свете ламп в дальнем конце перрона, возле лестницы, ведущей наверх, возвышалась широкоплечая фигура бородача в берете.

Почку он мне не вырезал, равно как и другие органы, но знакомиться с ним меня решительно не тянуло. Умный человек, наверное, подошёл бы к нему и спокойно поговорил. Дескать, зачем вы меня похитили, связали и вливали в вены какую-то мочу, от которой глюки. Но мне было шестнадцать лет, и особым умом я не отличался. А у неумных людей, как и у животных, в стрессовых ситуациях хорошо работают два рефлекса: беги или догоняй.

Догонять было некого, так что я спрыгнул с перрона на рельсы и побежал в тоннель. Куда? Зачем? Хрен его знает, просто бородач наводил на меня леденящий ужас, хоть и выглядел дружелюбно.

Пробежал я, значит, метров двадцать и наткнулся на вагон. Узкое пространство справа и слева от него было завалено камнями. В вагон не зайти – задняя дверь заперта, а отмычки у меня забрали. Получается, мой квест закончен.