Восьмидесятый

Он бежал до тех пор, пока не оказался в вагоне метро, а полицейские остались далеко позади. На него оглядывались – красный, потный, в одном свитере. Но Робин плевать на них хотел.

Оказавшись в том самом месте, с которого началось это кошмарное приключение, Робин остановился. Что теперь делать? Отчисление из Академии больше не страшило. Он во всем признается старейшинам, и они помогут. Пусть отчисляют, если это поможет вернуть Аарона...

Робин неожиданно вскинул голову. На лице его застыла необратимая решимость – и с ней он стал сразу на десяток лет старше.

Нет, он никому не расскажет – иначе чемодан у него заберут и уничтожат навсегда.

Он все исправит сам.

***

Портье скучал за стойкой, карандашом разгадывая кроссворд. Он только что отложил подаренную горничной книгу, хотя никакой радости чтение ему не доставило – он не любил биографии, но выбирать не приходилось. На возникшего перед ним Робина он взглянул с любопытством.

– Уже уезжаете? – портье кивнул на чемодан в руках постояльца.

– Я дозвонился до него, – непринужденно ответил Робин. – С ним все в порядке. Просто иногда ему приходят в голову странные вещи.

– Очень рад, – с облегчением кивнул портье. – Пожалуй, сообщу нашей полиции, что поиски закончены.

– Спасибо.

Робин уже направился к выходу, но неожиданно обернулся и серьезно спросил:

– Можно мне взглянуть?

Портье изумленно уставился на постояльца и подумал, что, быть может, пора уволиться с этой службы, пока не нарвался на буйного сумасшедшего.

Но книгу отдал.

Постоялец пролистал ее в самый конец, задержался глазами на одном абзаце и задумчиво кивнул. Затем, обхватив чемодан и даже не попрощавшись, вышел на улицу.

Портье незаметно заложил место, которое так интересовало гостя, и, только дверь за ним захлопнулась, раскрыл книгу снова. Страница, которой заканчивалась глава, содержала всего один абзац:

«Джон Леннон трагически погиб 10 декабря 1980 года в автокатастрофе, всего через два дня после неудачного покушения на его жизнь».

***

Год.

Робин глубоко вдохнул. Высокое зимнее солнце больно слепило.

Пройдёт год, и снова наступит восьмое декабря.

Робин крепче сдавил в руках чемодан – единственную ниточку, ведущую к Аарону. Осталось только дождаться нужного дня.

Он никому не расскажет и не вернется в Академию, иначе чемодан отнимут.

Под солнцем снег походил на алмазное крошево. Робин выдохнул и зашагал по вычищенной дорожке к автобусной остановке.