Аргус

— Насмотрятся своих ассасинов, а потом идут убивать!

Женщина, которую он назвал Тамарой, закивала.

— А ведь главное, никогда не поймёшь, кто из этих недоумков что задумал! — тем временем продолжал приободрившийся пенсионер, тыкая в меня пальцем. — Вон за столиком сидит паренёк. На вид вроде нормальный, но как на этого чикатилу с телека похож!

— И правда похож! — согласилась с ним Тамара, и её взгляд остановился на мне.

Смотрели на меня и другие посетители кафе. Нехорошо так смотрели, подозрительно. Врождённое чувство опасности подсказывало, что от таких взглядов до угрозы физической расправой — один крошечный шаг.

Так что, в целях спасения собственной жизни, затягивать с обедом я не стал. Есть больше не хотелось, и я, оставив нетронутую еду на подносе, стремительно покинул кафе.

Кружилась голова. Нет, в моей жизни бывало всякое, и в целом с проблемами я справлялся довольно неплохо. Но чтобы такое... Да я в жизни ничего преступного не совершал! Даже жаль, что в «Быстрых решениях» я специализировался на гражданском праве, и все мои знания в уголовке ограничены порядком позабытым университетским курсом!

Хотя ну его нафиг! Не жаль! Я никого не убивал и ни в чём не виноват! Наверняка это какой-то пранк, шутка, да и вообще у всего есть логичное объяснение.

Я достал телефон, открыл приложение браузера, зашёл на новостной ресурс и замер. Вся лента была заполнена сообщениями о стрельбе, и в каждом фигурировало моё имя!

Если это и пранк, то какого-то невероятного масштаба...

Я зашёл в телефонную книгу, набрал номер Людки, моей коллеги, и одной из тех, кого я якобы расстрелял.

— Абонент не отвечает или временно недоступен! — вежливо сообщил мне телефон равнодушным тоном.

Одна неудачная попытка ни в чём меня не убедила, и я обзвонил всех коллег. История с недоступным абонентом повторилась снова.

Удача улыбнулась мне только на седьмой попытке, да и то весьма своеобразно.

Вадик Елисеев, наш сисадмин, с которым я довольно неплохо ладил, схватил трубку со второго гудка. На видео его не было, но, судя по его реакции, он, как и я, уже успел его посмотреть.

— Ненавижу тебя! Зачем ты это сделал?! — провыл в трубку Вадик, и связь тут же прервалась.

Больше я до него дозвониться не сумел. Как и остальные, он был недоступен. Фиг знает что творится! И хуже всего то, что с каждой минутой на шутку это походило всё меньше и меньше.