Молчание Сабрины 2

– Я знаю, что нам нужно делать, – сказала Сабрина. – Мы должны узнать, что у него в коробках.

– Но как мы это сделаем?

– Он думает, мы связаны. А нам всего-то и нужно достать коробку, которая упала на крышу фургончика. И это предстоит сделать вам.

– Мне? – гадалка потрясенно глянула на куклу. – Но почему мне?

– Потому что я выберусь наружу и прокрадусь в фургон самого Гуффина.

Мадам Шмыга даже прикрыла рот ладонями от нахлынувшего на нее ужаса.

– Я должна узнать, что он там делает, – пояснила Сабрина и мысленно добавила: «И забрать мой Механизм.

Лучшей возможности стащить его уже не представится». – Я надеюсь разыскать там ответ, как помешать ему. Может, я найду что-то, что подскажет, где он держит вашу сестру. Вы ведь хотите ее спасти?

– Да! Очень хочу, но… но если он нас поймает?

– Не поймает…

– Откуда ты знаешь?

– Нам надо быть осторожнее. И вести себя тихо-тихо. Вам нужно подняться наверх. Тот люк открывается? – Сабрина указала на квадратную дверку в крыше фургончика рядом с дымоходом.

Увидев утвердительный кивок гадалки, кукла продолжила: – Залезьте наверх и стащите коробку. И ждите меня. Я вернусь, как все разведаю. И мы придумаем план.

– План?

– Наш план. Как ему помешать.

– Я боюсь… если он пронюхает…

– Это все ради Лизбет, – напомнила Сабрина и взобралась на кровать гадалки. – Я вернусь! Добудьте коробку.

Отодвинув щеколду, она осторожно приоткрыла створки, выглянула наружу и, убедившись, что Гуффин скрылся за кулисами, вылезла из фургончика, после чего закрыла окно.

Мадам Шмыга всего лишь моргнула, а куклы уже не было: туман ее полностью поглотил.

Оставшись одна, гадалка какое-то время еще глядела в окно, словно до конца не могла поверить, что Сабрина исчезла. И вдруг она дернула головой. Несмотря на страх, несмотря на скорбь и чувство вины, мадам Шмыга вдруг ощутила, как в груди будто бы загорелась искра. Надежда…

Все последние дни после исчезновения Лизбет превратились для нее в один нескончаемый кошмар, и с каждым новым таким днем всё становилось лишь хуже.

Она оказалась в полной власти этого безумного человека, он сжал свои длинные бледные пальцы на ее горле, а она ничего не могла предпринять, чтобы разжать их. Дни напролет она представляла себе все те ужасы, которые, вероятно, творились с ее сестрой, а ночи и сонный порошок приносили одни лишь дурные безумные сны, в которых она бежит, следуя за голосом зовущей ее Лизбет, но стоит ей открыть очередную дверь, как обнаруживает там лишь пустоту.