Сияй, Бореалис! Ученик Лиса

– Такое было с третьим пилотом, помните? Во время боя он…

– Я знаю, – зло отрезал он.

– Вам нужна та процедура, во время боя такое недопустимо.

– Не нужна мне никакая процедура, я в порядке, – капитан встал и посмотрел ей в глаза. – А ты никому ничего не будешь рассказывать, понятно?

– Я не собиралась стучать, – нахмурилась Лессан.

– Вот и замечательно.

Странный выброс Шинан постарался списать на непривычный интерфейс и несуществующую ошибку. Запудрить мозги удалось, однако парня не покидало ощущение, будто Лин Мо давно знал о его проблеме.

Знал и ждал чего-то.

 

Глава 3. Ученик Лиса

Поезд постепенно сбавлял скорость. Он медленно подполз к платформе и замер, окнами уставившись на надпись «Намикана». Открылись двери, и люди стали выходить из вагонов, волоча чемоданы и сумки. Лёгкий мороз щекотал нос, но после севера погода совсем не казалась зимней. Соликанские зимы были совсем другими, не говоря о лете. Всё же рождённому на севере лютые холода намного роднее чужого тепла.

            Кита натянул на голову шапку и поправил отросшие длинные волосы, спадавшие на плечи белыми прядями. Длинная чёлка, прижатая шапкой, прикрыла шрам на лбу. Парень замер тростинкой среди потока людей. Он вдохнул полной грудью, попробовав сотню разных запахов. Он так давно не был среди людей. Больше ничто не мешало чувствовать мир вокруг. Больше ничто не ранило других. Даже старичок, случайно задевший Киту, бросил извинение и даже не вздрогнул, не обернулся, не завопил.

 

            Парень сделал робкий шаг вперёд, возвращая себя туда, откуда бежал отчаянным подростком, утонувшим в обидах и разочаровании. На самом деле, он не слишком хотел сюда возвращаться, но так было нужно. Здесь нужно было побывать хотя бы ещё один раз, и, быть может, старые чувства его наконец-то отпустят. Это одно из наставлений Аимо.

            В привокзальном буфете Кита взял стаканчик горячего кофе.

Не столько интересовал вкус напитка, сколько тепло, которое будто растекалось от стаканчика к пальцам и по всему телу. Уже было четыре года прошло, а парень всё никак не мог привыкнуть к тому, что наконец-то способен осязать тепло и холод. Кита шагал вдоль улицы, не видя прохожих, и нёс в руке стаканчик медленно остывающего тепла. На щёки, нос и ресницы липли снежинки. Парень морщился, но был рад чувствовать и их.