Посредники

Правда, все твердили, что находиться в доме сделалось неуютно, но на это впечатление могли повлиять взволнованные, недовольные переменами в быту жильцы, составлявшие большинство покупателей, или просто неизбежные перемены погоды с наступлением осени. После долгого тёплого лета многими овладевает хандра.С каждой минутой Марев всё сильнее ощущал, что занимается ерундой и зря тратит время. Наконец он поблагодарил пожилого усатого парикмахера за беседу, вежливо отказался от модной стрижки – «всего за полцены, для вас почти даром!» – и в задумчивости остановился у парадного крыльца.

Он прекрасно понимал, что самым разумным сейчас будет дойти до Старого моста, сесть на трамвай и пораньше приехать в контору. Может, выпить чаю с Эулике, заодно дать себе шанс немного привыкнуть к ней. Таинственная помощница Алларта и Дикорды, хоть и вызывала подспудное беспокойство, была, всё-таки, очень интересной, Мареву хотелось познакомиться с ней, узнать, кто она такая, откуда, и почему носит такой странный наряд и маску… И тем не менее, что-то – то ли не до конца подавленная фантазия о собственной исключительности и уважительном одобрении старших коллег, то ли детское любопытство – настойчиво тянуло войти. Марев колебался недолго – пронизывающий осенний ветер не располагал к проявлениям нерешительности. Осторожно поднявшись по щербатым ступеням и изо всех сил игнорируя жгущий лопатки чужой взгляд, Марев вошёл в четвёртый дом по Кипенской.

***

Внутри было тихо, видимо, по дневному времени большая часть жильцов отсутствовала.

Марев поёжился, пытаясь разобраться: мерещится ему из-за собственного напряжения, или неприятное неуютное чувство, наполняющее дом, со вчера только усилилось? В справочнике ничего не говорилось о способности хогаты управлять людским настроением, но сейчас было слишком похоже, что Марева пытаются прогнать.Это только придало ему решимости. Может, он и впрямь способен поймать это существо, раз оно беспокоится?«Она тоже тебя боится, - ласково приговаривала мама, знакомя малолетнего Марева с шипящим, прижимающим уши котёнком, которому только предстояло, избавившись от блох и колючек в подушечках лап, стать домашним. – Сильнее, чем ты её».Марев машинально потянулся к амулету, и только прижав пустоту на месте привычной выпуклости у ворота, вспомнил, что того больше нет. Ну что ж, и без памятной вещицы он в состоянии извлечь пользу из старых уроков.Он медленно прошёл по коридору первого этажа, сам не понимая, что ищет.