Посредники

София, так что вы говорили по поводу реконструкции старого причала?Дама-эксперт ничего не говорила ни о каком причале, но охотно помогла вернуть беседу в подобающее русло. Марев был спасён.Пирог он доедал с несколько омрачённым настроением, но причины этому сам бы назвать не сумел.

***

На улице было очень свежо: последние намёки на летнее тепло истаяли, теперь даже в безветренный день у Марева подмерзали уши, а по вечерам и лоб. Раньше в такую погоду он носил тёплую кепку, но с новым гардеробом она бы смотрелась совершенно нелепо, и Мареву не требовалось дожидаться реакции Алларта, чтобы это понять.

Он смутно пожалел, что не догадался вместе с одеждой и обувью купить головной убор на осень, и твёрдо решил сегодня же вечером заглянуть в «Довоенный лоск».Городская управа нашлась легко – старое мрачноватое здание с истёртыми ступенями парадного крыльца выходило почти на самую Яхру, отделённое от пышной набережной Дворцового района только небольшим ухоженным сквером. Украшавшие подъезд статуи сидящих львов поражали брюзгливым выражением морд: казалось, им сто лет как насмерть опротивели спешащие мимо них туда-сюда суетливые людишки, и только чувство долга мешает покинуть пьедесталы и пойти утопиться в реке. Марев миновал каменных стражей аккуратно, почти крадучись, словно они могли в любой момент накинуться и загрызть. Или отчитать, и ещё неизвестно, что страшнее.Возможно, они и могли, сложно поручиться.- Добрый день, - поприветствовал Марев пожилого благообразного консьержа. – Меня зовут Марев Маревин, я из магической фирмы «Брандт и Брандт»…- Вам в семнадцатый, - даже не дослушав, отозвался консьерж и махнул рукой. – Это в той стороне. Дойдёте до лестницы и там увидите.- Спасибо, - опешив, поблагодарил Марев.Кабинет номер семнадцать прятался в глухом на первый взгляд повороте прямо за лестницей на второй этаж, и если бы не уверенность консьержа, Марев бы точно его не нашёл – просто не сообразил бы проверить явно тупиковый простенок, украшенный сохнущими пальмами в массивных горшках. Рядом с дверью кабинета на стене висела дурно пропечатанная памятка о поведении в чрезвычайных ситуациях, листовка «Пропал человек» с фотографическим изображением немолодой женщины и старательно расчерченный план эвакуации. К счастью, очереди просителей не наблюдалось, хотя Марев мысленно приготовился к долгому ожиданию.