И.о. поместного чародея-2

– Ваши вкусы принесут вам немало бед, – не удержалась я.

– Уже принесли, – вздохнул демон, выразительно глянув на меня, а затем, покосившись в сторону магистра Леопольда, с тревогой спросил:

– Что он там плетет?

Я прислушалась к речам магистра, который впрямь уже начал что-то вещать адептам, и, хмыкнув, сказала демону:

– Он показывает им ластоногую гидру и утверждает, что это дракон, на котором летал во время битв вождь троллей Дагабр.

Демон нахмурился и недовольно произнес:

– Безобразие! Разве можно так бессовестно забивать чушью головы учеников?

Меня удивило то, что Мелихаро принял близко к сердцу одурачивание адептов, однако я постаралась его успокоить:

– Это не нанесет адептам особого урона, господин Мелихаро.

Не забывайте, что сам магистр Леопольд учился в стенах этой Академии – и вы сами можете видеть, что случилось с теми знаниями, что пытались вложить в его голову преподаватели. Нет ровно никакой разницы – белиберду он сейчас произносит или нет. Те, кто не желает ее запоминать – все равно не запомнит. Меня волнует только то, что я не слышу протестов того самого юного знатока истории, что сорвал нам лекцию... Неужто он потерялся в коридорах?.. Или просто сообразил, что лучше помалкивать?

Но Мелихаро, как и я, запомнил лицо адепта-пакостника не так уж хорошо, и мы напрасно искали его среди прочих. Адепты, к тому же, не стояли на месте, и вскоре в глазах у меня зарябило от ученических мантий.

– Ладно, – я махнула рукой, – раз уж на магистра снизошло вдохновение, давайте я проведу для вас другую экскурсию, пока нам нечем заняться.

Видите того огромного золотого ящера, покрытого зеленоватыми пятнами? Это гордость музея, золотистый амилангрский дракон. Когда-то из-за него меня выпороли так, что я едва не отдала богам душу. А с пятнами, как я вижу, ничего поделать так и не смогли...

– ...И вот великий чародей Сантор отправился на юг, дабы изловить в море амфисбену и обменять ее на гномьего трехглавого пса... – доносился до нас голос магистра, продолжающего выдумывать несусветную чушь на ходу.

Я же точно так же, как и Леопольд переходила от экспоната к экспонату и делилась с Мелихаро воспоминаниями:

– Вот здесь я случайно разлила раствор драконьей желчи, и тогдашний смотритель музея, Фитцпарк, гонялся а мной по всему залу, чтобы отлупить меня хвостом сциталиса, который отвалился из-за моей оплошности. А вот этого единорога я слишком тщательно вычесала, так что он оплешивел, и меня опять же отходили розгами.