Зовите меня Бес!

Тирион заинтересовался, нет ли там медведей. Как оказалось, не так давно с Золотых Песков привезли медвежонка, отобранного у местного сторожа вместе с бутылкой. Сидел этот медвежонок напротив двух волков, и человеком в таких условиях оборачиваться не собирался.

Клетка была оттащена подальше, накрыта покрывалом… и жутко грязная девочка вполне внятно поблагодарила за помощь, а узнав о далеком и дальнем родственнике, очень обрадовалась и обещала дождаться его прихода.

Главы гильдий свалились на нового главу города, как еще одна куча забот и проблем. Они одолевали Барда, предлагая всевозможные изменения и улучшения, пока тот не рявкнул, что раз умные такие стали, то ушли, подумали, все записали и подошли не раньше, чем через неделю — чтобы предложения отстоялись, как вода от тины.

Через десять дней Рис окончательно встал на ноги, и оставалось только одно.

Женщин под воду, кроме членов семьи, провожали только женщины. В лодку проследовала пара горожанок, а Тильда подле Тауриэль, даже сидящей, выглядела совсем крошечной. И очень печальной. Прятала покрасневшие глаза, стараясь еще больше не расстраивать Барда, руку которого не выпускал из своей руки Рис.

Венки с траурной лодки будут брошены в темную воду — могил в Долгом Озере не наблюдалось.

Тирион, ожидая на пристани, подумал: по прибытии в Эсгарот титул самого мрачного короля Средиземья однозначно перешел от Торина к наследнику Гириона. Но огорчить сегодня его предстояло еще сильнее.

В доме главы города сидели тихо и пили молча.

Тирион отозвал Барда в сторону и показал глазами на Тильду, катавшую по столу яркий голубой камешек:

— Ты что думаешь? Она ведь теперь…

— Знаю, — болезненно поморщившись, прервал его хозяин.

— Если галькой не закидают, то проходу не дадут уж точно, — добавил Тирион и хмыкнул: — Люди такие люди… А у тебя большой дом.