Зовите меня Бес!

Все странного вида, в опухолях и язвах, так?

— О чем ты, Тирион? 

— Думаю, пока наши друзья-гномы не стали похожи на них, нужно срочно помыться. И тщательно выстирать одежду, пока мы у проточной воды. На просторах Семи Королевств тоже есть мерзкие места, где нельзя быть долго — иначе полысеешь, перестанешь быть мужчиной или вовсе помрешь в муках.

— Отчего-то мне кажется, что потерять мужскую силу для тебя было бы печальнее всего, — усмехнулся маг.

— Для меня печальнее всего было бы лишиться головы, — грустно повел зеленым глазом Тирион. — Тогда бы я не смог придумать, чем еще поддеть тебя.

Гэндальф скомандовал всем остановиться, объяснив причину лишь Торину. Тот ничего не ответил, но тень недовольства, промелькнувшая по его лицу, не осталась незамеченной Ланнистером. Волшебник в последнее время командовал гномами, как своим карманным отрядом, и те подчинялись магу, видя кивок своего короля, а иногда — ранее его.

— Фили! — позвал Тирион.

— Я! — отозвался гном, на лице которого белели только зубы. Даже светлые волосы потемнели от копоти и грязи.

— Так кто в итоге убил короля гоблинов?

— Торин, кто же еще. Оркрист прошил этого урода как масло!

— Два вражеских короля пали за один день от рук тебя и твоего отряда, — негромко произнес Тирион. — Хороший счет, Торин.

Тот ничего не ответил, словно не услышал. Но мыться пошел, по виду, удовлетворенным.

В итоге с подначками и определением, что у кого больше, гномы провозились до вечера. Чем темнее становилось небо, тем больше нервничал и подгонял всех маг, заставляя натягивать еще влажную одежду.

Не успел отряд пересечь реку, как перед ним выросла громадная темная фигура, откуда-то из-под небес донеслось:

— Гэндальф!.. Опять, — горестный выдох: — Не люблю гостей.

— Беорн, мой добрый друг, — начал маг. — Мы…

Но договорить он не успел. Великан, отпихнув его, резко наклонился, словно сломался пополам — его лицо стало вровень с лицом Тириона. Принюхиваясь, прохрипел:

— Ты — звер-р-рь!

Гномы схватились было за оружие, но замерли от предупреждающего окрика мага.

— Я знаю, — спокойно ответил Ланнистер, признавая очевидное. — Ты — тоже.