Зовите меня Бес!

— Отпусти его!

Но на его замах в древко впилась стрела, а две других замерли, подрагивая, в земле около кованого сапога гнома.

Третью Торин, по давней привычке метнувшийся влево, отбил лезвием Оркриста и едва успел прикрыться щитом от четвертой, с гулким стуком вонзившейся в дерево. 

Лучник вынимал стрелы молниеносно, так же быстро выстреливал и попадал, словно втыкал стрелы руками. 

— Дальше — ни шагу. 

Торин и Двалин замерли.

— Гномы слов не понимают, — криво усмехнулся человек.

— Поговорим на языке стрел. Кто вас подослал? Точно не Даг. Бургомистр? Что вам нужно?

— Э-э-э… — Тирион осторожно отодвинул от себя наконечник очередной стрелы, который, очертив круг в сторону гномов, остановился около его лица. — Разве на службе у бургомистра водятся гномы?

— Нет, — выдохнул человек, но оружие не опустил, продолжая выцеливать то его, то гномов. Однако никто больше не делал резких движений. — Но мне есть чего опасаться.

— Мы… — Тирион обернулся, и Торин кивнул ему.

— Мы держим путь к Одинокой, а иначе, чем через Эсгарот, в него не попасть. Нам нужны припасы и пони.

— Давненько в Эсгароте не видели гномов, — усмехнулся мужчина одной стороной рта. — Про них поют песни, которые оплачивает бургомистр. Без его разрешения вам даже позапрошлогодний лед не продадут, а получить эту бумагу стоит немалых денег. Что вам нужно в Эреборе? Там одни руины и черная пыль.

— Там наша родина, — негромко сказал Торин и обернулся в сторону тихо подошедшего Балина.

— Его — тоже, — добавил старый гном и указал на человека. — Его — тоже! — повторил он громче и удивленнее. — Я не знаю твоего имени, человек, но когда-то был дружен с твоим далеким предком. Ты как две капли воды похож на Гириона, правителя Дэйла. Ты - наследник всего Севера.

Тирион заметил, как на мгновение распахнулись тёмные глаза человека, он вздохнул, словно принимая решение, и наконец опустил лук.

— Меня зовут Бард…

Они поделили припасы.

Застреленный лучником олень попал в общий котел, а Бард наслаждался хлебом эльфов, объяснив, что он уже с год «на подножном корму».

— Какой он был? — спросил Бард у Балина, не сводящего с него глаз. 

Гномы расселись вокруг костра, Бильбо что-то старательно записывал в книжке, одолженной у Ори. Двалин недоверчиво присматривался к человеку, Торин ничем не выдавал своих мыслей.

Тирион настороженно молчал, редко задавая вопросы и больше слушая.