Хозяйка серых земель: Люди и нелюди

Он же, скользнувши взглядом и по брунету, и по букету в руках панны Акулины, походя отметил, что букет оный составлен исключительно из синего любоцвета, именуемого в простонародье волкодлачьим цветком…

…пан Жигимонт играл в шашки сам с собою, выбравши для сего занятия не удобную лавочку, из тех, что стояли на центральных дорожках, но тихий газон. И не побоялся же измазать светлые брюки…

…пана Зусека Гавриил нашел у фонтана.

- Доброго дня, - Гавриил поприветствовал соседа поклоном. – Вижу, и вы прогуливаетесь…

- Погода замечательная, - как ни странно, но Гавриилову появлению пан Зусек явно обрадовался.

– Такой погодой дома сидеть грешно.

Время близилось к полудню.

Солнце, и без того яркое, разошлось вовсе бесстыдно. И парило, жарило, предвещая скорую грозу, быструю, как все летние грозы. Притихли пчелы, бабочки и те исчезли, и даже птицы смолкли.

- Да вот… я тоже решил… - Гавриил повел плечами, под которыми свербело. Неудобный костюмчик, сшитый из отменнейшей аглицкой ткани, оказался негоден для познаньского лета.

Гавриил с неприязнью ощущал, как ползут по спине ручейки пота, и рубашка липнет к разопревшей шкуре.

- Чудесно… чудесно… признаюсь, я сбежал, - пан Зусек дернул галстук, тоже новомодный, шнурочком, а оттого казавшийся самому Гавриилу в высшей степени нелепым. Но надо сказать, что наряд – и светлый пиджак с завышенной талией, и галстук этот смотрелись на пане Зусеке донельзя гармонично. – Устал я… женщины порой… так утомляют…

- Ваша жена…

- Утомляет не меньше, нежели прочие женщины… не подумайте, что я жалуюсь.

Из всех зол я выбрал наименьшее. Она меня любит, но это чувство примитивно. Женщины вообще на редкость примитивные существа.

- Неужели?

Пан Зусек будто и не слышал. Смотрел он не на Гавриила, но на девушек, что неторопливо прогуливались по дорожке, за руки взялись, щебечут… подруги?

- О да, вы ведь не сторонник этих странных идей равноправия? Помилуйте, на кой женщине нужны права…

- Не знаю.

Одна была высока, светловолоса… и пожалуй, красива, насколько Гавриил понимал в женской красоте.

Другая – худощава, смугловата. Волосы темные, заплетены в простую косу. Платье простое… и ничего-то в ней нет, но взгляд пана Зусека женщину не отпускал, и был почти неприличен.

И лишь когда она, ощутив на себе этот взгляд, обернулась, он встал.

- Весьма характерный типаж. Познаньский душитель предпочитал брюнеток. Вы знали?

- Нет.

- Этот парк – весьма примечательное место.