Хозяйка серых земель: Люди и нелюди

Яиц вареных… - перечисление всего, что пан Сигизмундус счел нужным взять с собой – а судя по количеству чемоданов, список был немаленьким – грозило затянуться надолго.

- Там дует! – Евдокия обернулась к женщине, которая подошла совсем уж близко, пожалуй, неприлично близко. – Скажите вы ему, что там дует!

- Ах, милочка, - женщина ответила очаровательнейшей улыбкой, столь сладкой, что оною улыбкой можно было глазуровать пряники. – Вы уж не обижайтесь, но я так скажу, ваш родич прав. К чему платить больше? Поверьте моему опыту, в вагонах второго класса сквозит ничуть не меньше.

Зато выглядят эти вагоны куда приличней.

- Вот! – пан Сигизмундус одарил новую знакомую благосклонным кивком.

- И чай там подают дурной. Не чай – название одно, а постельное белье и вовсе не свежее, - она подхватила Евдокию под локоток. – К тому же, никогда не могла я спать на этом постельном белье. Только и представляю, кто на нем до меня лежал…

- Лучше спать вовсе без белья?

Женщина рассмеялась журчащим смехом.

- Вы шутница… нет, я вот вожу с собой простыночку… и пуховую шаль. Она места занимает меньше, а греет лучше всякого одеяла… к слову, позвольте представиться, панна Зузинская.

Она протянула Сигизмундусу ручку, которую тот принял осторожно, брезгливо даже, сдавив полненькие, унизанные кольцами, пальчики.

- Сигизмундус, - представился он, разглядывая, что перстеньки, что саму панну, такую всецело благолепную, как сахарная фигурка со свадебного торта.

Желание огреть дорогого кузена саквояжем сделалось вовсе нестерпимым.

- А позволено ли будет узнать, куда вы направляетесь? – панна Зузинская не спешила выпустить Евдокиин локоть, отчего та чувствовала себя добычей.

- Сначала до Журьиной пади, а там и дальше в Серые земли, - говоря это, Сигизмундус приосанился и шарф свой оправил.

- В Серые земли?! – охнула панна Зузинская с фальшивым удивлением.

- Я не могу оставить сестру без присмотру!

- А вы…

- Меня зовет наука! – Сигизмундус ударил в грудь кулаком. – Я в долгу перед нею!

- Неужели, - пробормотала Евдокия, о которой, казалось, забыли. – А мне, дорогой кузен, казалось, что вы в долгу не только перед наукой…

- Пустое, - отмахнулся Сигизмундус и, склонившись к новой знакомой, прошептал. – Эти люди ничего не смыслят в науке.