Дракон и "Принцесса"

Луна заливает утёс светом, краем заходит за крышу башни, отчего та кажется ещё выше. Рыцарь на ходу достал мешочек размером с кулак, взялся за шнурок и хищно улыбнулся. Старый маг, продавший сонный порошок, так и не понял, какое оружие обогащения отдал, искренне уверенный, что помогает перебороть ну очень сильную бессонницу.

Прислушиваясь к ветру, обошёл дракона, встал спиной к порывам. Если дракон спит, то можно даже не беспокоиться, но у ящеров бывает чуткий сон, так что лучше не рисковать. Со всей силы пнул чешуйчатый бок.

Замер, отведя руку с мешочком для броска. Дракон не отреагировал, только захрапел с присвистом. Рыцарь озадаченно пнул ещё раз. Никакой реакции.

Недоверчиво попятился, сглатывая тревожный комок и часто оглядываясь по сторонам. Если уж дракон настолько беспечен, то либо он дурак, либо тут полно ловушек! Но нет, высокая трава таит только землю и сонных кузнечиков. Шум моря заглушает лязг доспехов, а ветер усиливается, принося далёкие раскаты грома. А может, это сердце так гремит.

Башня темна и неприглядна, рыцарь осторожно поднялся по ступеням и взялся за ручку двери. Замка не видно, значит, с той стороны засов, но это не беда. Девичьих сил не хватит справиться с по-настоящему серьёзным, так что выбьет с одного удара! Рыцарь облизал пересохшие губы: цель всей жизни за дверью! Кто знает, если принцесса окажется сговорчивой, может, даже повеселится с ней до рассвета.

А ещё лучше, если окажется несговорчивой.

Едва сдерживая едкий смешок, толкнул дверь, и та отворилась.

Рыцарь застыл на пороге, освещённый лунным светом, действительно похожий на куст. Внутри темно и тихо, как в склепе. Почему-то вся затея начала казаться глупой. Рыцарь шагнул, щурясь до рези в глазах, но всё равно не видя дальше вытянутой руки...

Тонкий силуэт отделился от тьмы и шагнул навстречу. Мужчина замер, едва сдержав вскрик. Принцесса шагнула на полосу серебряного света, сочащегося из распахнутой двери. Само воплощение женственности, в огромных глазах рыцарь разглядел собственное отражение.

Образ портит огромная сигара, зажатая в уголке рта.

— М... мужчина, — с лёгкой хрипотцой проворковала принцесса, — а закурить у вас не найдётся?

— Э... мм. э-э-э... да. — Пролепетал рыцарь, чувствуя острое желание убежать.

— Прекрасно, значит, калечить не буду.

Глава 5

Утром нечто похожее на груду металлолома, но почему-то стонущую, уволокли крестьяне. Взамен приволокли матрасы, набитые душистыми травами, и подушки с лебяжьим пухом.