Оккультные приключения Телемы Гайдучик

Причём на древнееврейском.

Абрикосы отшельника Кима

Все ведущие шаманы, тантрики, оккультисты и даосы Минска утверждают, что спуск возле площади Победы — это мощнейшее Место Силы.

Позади осталась серьёзная торжественность Октябрьской площади, где резиденция президента и Саркофаг, и сам мост, широченный, парадный и с огромными жёлтыми урнами. И вот открылся исполинский круг площади, а посередине, словно ракета, вздымается обелиск над вечным огнём.

ПОДВИГ НАРОДА БЕССМЕРТЕН — сообщают огромные буквы.

Кусок площади с тем домом, который ПОДВИГ НАРОДА, как-то попал на пяцьсот рублёу образца 1993 года выпуска. Получилась уникальная купюра, вроде бы двуязычная, а вроде и нет.

Внизу — кольцевой подземный переход и метро, где как раз под вечным огнём горит оранжевый Леденец.

Если спуститься вниз, чтобы шум машин не заглушил голоса духов, и оглядеться, то тебя захлестнёт значимыми местами. Вот торчит над домами другой стороны старая антенна-глушилка, которую пытались взорвать в 1970-е какие-то недопойманные диссиденты.

Посмотришь в другую сторону — там поднялась Минская Телебашня в железной шестеричной короне. Ночью она переливается жуткой радугой.

Под ней — сталинско-ампирный Дом со Шпилем, любимец минских художников, соединённый аркой с неприметной жёлтой пятиэтажкой Коммунистическая, 4, как раз под психотронным излучателем. Мемориальной доски нет, а ведь целый год здесь жил минчанин, которого знает вся Америка. Курил на балконе, работал слесарем на заводе Горизонт, а потом уехал в Америку, где его убил хозяин ночного клуба.

Звали минчанина Ли Харви Освальд.

Через дорогу, на берегу, — деревянный и деревенский дом, где прошёл первого собор социалистов из РСДРП.

Рядом выдаётся в обмелевшую Свислочь высоченная беседка из шершавого серого бетона. Никто не знает, зачем она здесь. Телема рассказывает, что после Вальпургиевой ночи и других знаковых праздников там находят огарки чёрных свечей.

Летний день тянулся сквозь город, словно огромный тяжёлый питон.

А мы с Телемой отправились на вечер памяти отшельника Кима. Наш путь лежал за дом, где ПОДВИГ НАРОДА.

Там, в заросшем дворе, притаились книжный магазин, бар Zavadnaya Korova и галерея Uneskladovae. В этом изогнутом белом здании энергия завихряется в совсем странный водоворот и случайный гость вполне может наткнуться на спор о Карле Поппере на школьно-белорусском языке.

Там уже не протолкнуться от всеразличных гостей.