Балор, сын Балора, или Подводные камни

Найди его тут лорд Сиай, сожрет молодого владыку без соли и сахара, однако никакие доводы не помогали собраться.

Ровно до тех пор, пока Мигель не затронул тему охраны.

— И надо же, какое совпадение, мой молодой друг! Стоило нам вчера поговорить, посетовать на нового царя, как охрана вернулась! На моих глазах при свете синего дня они отогнали от почтенного осьминога двух наглых попугаев! — повращался задумчиво, перелистнул страничку фолианта. — Думаю, мои прогнозы были все же изрядно поспешны. Наш молодой сир будет править благословенно долго, как и его почивший в иле, далеко не такой благословенный отец.

— Тебе не нравился Балор?

Мигель повертел переливающейся юбочкой, словно собираясь с мыслями. Это было занятно, мало кто решался высказаться напрямую, пусть даже все знали, что Айджиан сыновней преданности не питал и сам снес голову безумному родителю. То есть снес в прямом смысле и окончательно.

— Молодого царя тоже прозвали Балором, говорят, похож, — решился Айджиан. мнение Мигеля обещало быть непредвзятым, поэтому представлялось страшно ценным.

Он будто выведывал какой-то жизненно важный секрет.

— Чепуха! Че-пу-ха! — голожаберный засуетился больше, захлопнул книгу целиком, отплыл, приплыл, магией подвинул другой толстый том, раскрывая на определенной странице. — Я сейчас покажу вам его портрет, Балора-старшего и единственного! Приготовьтесь!

Айджиан задумчиво кивнул, моргнул помедленнее, а когда открыл глаза, ему показалось, что видения этих недель обернулись явью, отец на самом деле не убит, а все время наблюдал за бесполезными попытками сына встать на его место.

С картинки щерился одноглазый древний фомор. Родила его вода, а потому отличался он от менее древних фоморов гораздо кардинальнее, чем казалось на первый взгляд. Красное круглое око сверлило молодого царя, и Айджиан сам не заметил, как вскочил, отбрасывая табурет, готовый нападать или обороняться.

— Вот! Вот об этом я и говорю, мой добрый защитник! — Мигель приналег на обложку, снова захлопывая книгу.

— Это отличало Балора всегда и ото всех, отчетливая природа зла, которое жило в нем привольно и полноценно. Есть существа, которые убивают ради пропитания. Есть те, кто убивает ради защиты ближних…

Айджиан внимательно слушал — он убил, сам не знал почему. Нет, знал. Потому что отец хотел убить его. И потому что Балор убил его мать!

Мигель потемнел до черно-багрового, словно переживая, что в подводном мире вообще приходится кого-то убивать.