Солнце цвета крови

Разворачиваемся и ставим парус! Ветер, хвала богам, попутный!

Викинги забегали, устанавливая мачту, которая до сих пор лежала между скамьями на днище корабля. Ивар, который мало чего понимал в происходящем, помогал по мере сил.

Поползла к небесам рея, и с треском развернулся на ней парус - белый, с ярко-алым диском солнца в середине.

- Конунг называет его Кровавым глазом, - сообщил Ивару Арнвид, лысина которого гордо блестела под лучами нежаркого солнца.

- Хей! - крикнул тем временем Хаук, и в голосе его, обычно спокойном, звучала самая настоящая радость.

Морская гладь огласилась восторженными воплями.

Ветер пузырем надувал парус с Кровавым глазом, и драккар с шумом резал морскую плоть. На открытой воде качка усилилась, и Ивар неожиданно ощутил, что его начинает поташнивать. После обеда, состоявшего из пива и сухарей, неприятные ощущения усилились.

- Это у тебя с непривычки. Полежи, авось полегчает, - сказал Вемунд, глядя на позеленевшего соратника и сам, должно быть для того, чтобы бороться с морской болезнью, улегся на лавку и захрапел.

Но попутный ветер держался недолго. Он все слабел и слабел, пока не пропал совсем. Парус бессильно обвис, и движение корабля замедлилось.

- Арнвид, где ты там! - крикнул Хаук. - Отрабатывай харчи!

Лысый эриль с сомнением во взоре обозрел небо и поскреб макушку.

- Сложно будет, - проговорил он. - Может, на веслах?

- Успеем еще нагрестись, - ответил конунг. - Пока еще не вработались, все после зимы жирком обросли.

Покачав головой, Арнвид встал на нос, к самой драконьей голове, поднял лицо к небу и запел. Голос его, поначалу хриплый, постепенно становился все более сильным и звонким.

Слов Ивар, к немалому удивлению, разобрать не мог.

Неожиданно эриль прервал пение, но отголоски песни все еще продолжали звучать над поверхностью море, будто странное, почти не гаснущее эхо. Арнвид резко вскинул руку и стремительными движениями нарисовал в воздухе несколько рун. За ладонью Лысого оставался серебристый огненный след, и угловатые знаки повисли в воздухе, светясь и потрескивая.

Арнвид выкрикнул нечто повелительное, и сделал жест, словно отталкивая что-то невидимое. Руны скачком увеличились, вспыхнули ярко и тут же исчезли в яркой вспышке.

Ветер налетел могучим порывом. Парус выгнулся, заскрипели крепившие его веревки, мачта ощутимо прогнулась. Ивару в лицо швырнуло пригоршню брызг, он машинально сглотнул, ощутив на языке солоноватую горечь.