Царевич Горохов - Наследник Поневоле

— А твоя фамилия какая?

— Горохов... — медленно произнес Андрюша, словно впервые услыхав собственную фамилию.

— Вот и соображай... дока! — усмехнулся Сидор.

И Андрюша принялся соображать изо всех сил.

Глава шестая. Иван-Ветер

Так обыкновенный пятиклассник Андрей Горохов и его новый удивительный приятель Сидор Козлов спаслись из логова нечисти. И первым делом наш герой решил выяснить у своего приятеля личности похитителей. Ведь не случайно же самый первый вопрос криминалистики о любом преступлении гласит четко и лаконично: Кому Это Выгодно?

— Тот, что маленький да толстый, с соломенной бородой — хохотун, — пояснил Сидор.

— От этого нужно держаться подальше.

— Старичок-хохотун? — улыбнулся Андрюша. После пережитых неприятных приключений он наконец-то обрел способность улыбаться и даже шутить.

— Хохотун. Но не старичок, — строго возразил Сидор. — Такой весельчак душу из тебя вынет, отполирует как стеклышко и игрушкой сделает. Другие смеяться будут, а ты слезами утираться станешь.

Андрюша промолчал. Но посмотрел на козла с уважением и опаской — вон он какой умный, все знает!

— Пасюк — этот вообще крысиный отдарочек. Раз в пять лет крысы нечисти на воспитание одного детеныша отдают, — рассказывал дальше Сидор, бодро шагая по тропинке. Мимо тянулись светлые леса, пробивалась молодая травка, тянули головки к солнцу синие, фиолетовые и желтые первоцветы.

— Когда-то нечисть пузатая крысам большую услугу оказала, — продолжил он. — Обрушилась на крысу какая-то язва.

Просто повальный мор начался, так что дохли они тысячами. И тогда нечисть предложила крысам сделку. Они избавят крысиный народ от мора, а крысы им взамен по одному детенышу каждые пять лет отдавать станут. Крысам выбору не было, они и согласились. Неделя прошла, другая, третья, а язвы уже и след простыл. С тех пор каждые пять лет крысы им дань платят, детенышами...

Сидор на миг умолк и окинул подозрительным взором кроны деревьев, даром, что время листвы в здешних лесах еще только наступало.

Но все было тихо, только где-то изредка каркала встревоженная ворона.

Андрюша тем временем вспомнил о человеке в зеленом, что метким выстрелом спас их от твари в черной одежде. Но об их избавителе бородатый воитель предпочитал отмалчиваться, обронив лишь вскользь, что не их ума это дело, потому как дело это — темное.

— И сумрачное, — прибавил Сидор, глядя, как на небо быстро набегают невеселые тучки. — Дождик будет, стало быть, схорониться надо.