Царевич Горохов - Наследник Поневоле

Так я его на всякий случай даже записывать в блокнотик не рискнул, чтобы не украли. А нынче, представьте себе, утречком принялся вспоминать свой прожектик — и ничего не смог вспомнить! Сперли, все как есть!!

— Вот это да! — искренне поразился Андрюша, а Сидор только бородой покачал, дивясь наивности своего юного спутника.

В отличие от Андрюши он был неплохо осведомлен о нравах и характере начальника секретной службы царя Гороха. Недаром же его за глаза прозывали Неприметный, и это прозвище Карлу Иоганновичу Бергу очень даже нравилось.

К слову сказать, поговаривали, что этот самый «Берг» — тоже псевдоним, а истинной фамилии начальника секретной службы не знал никто, даже, кажется, и сам царь.

Уж коли человек происходит из породы неприметных, полагал трезвомыслящий Сидор, вряд ли у него можно что-то спереть. Хотя бы даже и такую безделицу, как проект нового закона! Разве ж можно чего-нибудь украсть у того, кого и разглядеть-то как следует невозможно?

— Бардак, бардак кругом! — продолжал сетовать Карл Иоганнович, притворно вздыхая.

— Так искореняйте. Чего ждать-то? — без особых симпатий к шпиону поморщился Горохов.

— Еще при прежних правителях начался он. Не нам, стало быть, за него и ответ держать, — елейным тоном пробормотал барсук. — Прямо-таки коровья лепешка какая-то, а не страна... Вот наш преславный царь-государь и норовит, из последних сил выбиваючись, эту лепешку подморозить хоть как-то. Потому что народишко у нас такой — все больше пьянствовать норовит. А как напьется — так сразу бунтовать.

..

При этих словах Карл Иоганнович состроил самое кроткое выражение личины и даже очи опустил, вздыхая печально.

— Ну, уж нет! — решительно возразил Андрюша, для которого уроки истории Максимилиана Георгиевича все ж таки не пропали даром. — Народ бунтует, потому что ему свободы нет, зарубите это себе на носу. Вот дали бы ему свободы, освободили от крепостного права, от барщины и податей всяких — вот и воровать перестанут!

К общему удивлению Сидора, Ивана и Вороновича, начальник Тайной Канцелярии нисколько даже не возмутился таким крамольным и свободолюбивым речам дерзкого юнца.

Он лишь покивал головою, задумчиво шевеля губами, точно записывал весь их разговор в свой маленький блокнотик, только невидимый. А стало быть, тоже, как и его хозяин — неприметный!

— Полноте, молодой человек, — махнул он рукой. — Поверьте мне: уж коли люди никак не хотят быть богатыми, они непременно останутся бедными. А наши людишки богатеть не хотят, я это утверждаю.