Любовь, Трэш и Фэнтези

Они зарядили свои арбалеты стрелами с высеченными фразами, которые они заготовили заранее.

— Если хоть одна стрела в вас попадет, вы окунитесь в пучины отчаяния! – предупредили Бывшие.

И посыпался град стрел. Каждый из героев изворачивался, как муха без крыльев. Греми только и успевала прыгать и вот-вот ее бы задела стрела с надписью «Пасть воняет». Отпрыгнула в сторону, а там пролетела «Тупорылая», уклон и возле лба пролетела «Полина в разы красивее». В ноги пыталась вонзиться «Никому не нужна» и «Ленивая». У живота пролетела «Толстуха», а у одежды «Дешевка».

Между ног просвистела «Шалава», у уха «Сплетница». Щитом отбила «Давалку», «Бывало лучше», «Бревно» и «Так себе».

— Нам не спастись без потерь! – не оставалась на месте Греми.

— Что ты предлагаешь? – поинтересовалась мумия.

— Пришел твой час! – дала героиня команду.

Орк застыл. Он посмотрел в каждый глаз, каждому из друзей. Молчаливо кивнул и расправил могучие руки и спину.

В знак благодарности герои кивнули со скупыми слезами, которые слились с потом от плясок.

Тупые Бывшие тоже поняли.

— Прощай, — отправила воздушный поцелуй Греми. – Мы орк тебя не забудем.

— А как его зовут? – поинтересовалась фея-гусеница на плече.

— Уже не помню.

Ее прощальный чмок достиг цели, чуть первее ядовитых стрел Бывших. Орк успел мимолетно улыбнуться в удирающие, полные желания выжить, зады друзей. Затем неприятно депреснул, когда все вышеперечисленные стрелы глубоко вонзились в его сердце. Он все ощутил на себе и поверил в каждое ядовитое слово из-за чего и пал в экзистенциальный кризис.

Прощай молчаливый орк…

— Вообще лучше не стало, — задумалась Дарья и отправилась выбирать наряд.

Когда представление закончилось, зал театра взорвался в овациях. Даша медленно поднялась, поправила складки на персиковом приталенном платье и тихонько хлопала ладонями. Наблюдала за нарядными людьми и представляла, как в Осло будут грохотать овации джентльменов при вручении ей Нобелевской премии по литературе.

Миша в графитовом пиджаке, белой рубашке и галстуке цвета индиго выглядел, по ее мнению, сносно, но мог лучше постараться.

Во время вручения желанной премии на сцену его не потащит, а только в победной речи упомянет вскользь.

— Мне понравилось, — повернулся к ней Миша, который излучал искренний восторг не только интенсивностью аплодисментов, но и заразительным блеском глаз. – А тебе?

— Сносно, — Даша решила, что чрезмерное проявление эмоций выдаст ее «пролетарское» происхождение.