Паж его величества

Стражники покосились на перстень и, поклонившись, нескладно ответили:

— Да, ваша светлость.

Один из них постучал по створке ворот древком алебарды. Грохнули засовы, ворота медленно распахнулись. Я заметил, как мой хозяин перевел дух. Видимо, морально готовился ко встрече с отцом.

За стеной открылся двор королевского замка. Здесь землю, как и в городе, замостили камнем. Насколько я знал, поначалу тут стоял один донжон, окруженный стеной. Позже к нему пристроили несколько флигелей и башен, донжон лихо переделали, и теперь все это именовалось королевским дворцом.

Впрочем, стоило признать, получилось неплохо. Клинкерная кладка по фасаду, стрельчатые окна вон с витражами.

Успели мы впритык к началу празднества. Нас, кажется, тут караулили. Едва мы явились, как парочка слуг герцога-старшего в сопровождении королевского лакея уволокла нас обоих через черный ход, оставив лошадей конюхам. Когда мы достигли места назначения — выделенных специально для Тайрана покоев — выяснилось, что парадная одежда осталась в седельных сумках.

После недолгих пререканий за ней пошел я. В общем, к тому времени, как мы оба привели себя в порядок, уже все гости собрались в тронном зале.

При этом герцог Гартигерн успел устроить головомойку сыну. Я знал, что мне потом от самого Тайрана перепадет, но на тот момент меня больше беспокоил парадный костюм. Ох и не люблю я его. Дутые рукава, золотое шитье, да еще и эта шляпа с пером — ну вот на кой-она в помещении-то? А штаны? А ботинки, чтоб им провалиться, с каблуком в четыре пальца, мор их раздери.

Сначала Тайран решил, что не пустит меня на пир вовсе, но почти сразу передумал. Ему было хорошо известно, как я не люблю всю эту парадную мишуру. Да и к тому же без личного слуги он со многим не справится. Опрокинет кубок с напитком кому-нибудь на дорогущий костюм али платье, или забудет слова из своей речи. Этот пройдоха заставил и меня ее вызубрить, чтоб я ему подсказал в случае чего. Ну да ладно. Зато, глядишь, мне достанется какой-нибудь вкуснятины.

Хорошо, что герцоги могут себе позволить приходить последними. За исключением самого короля, конечно.

Знати со всей страны собралось видимо-невидимо. В огромном тронном зале даже стало тесно. Пока мы пробирались через толпу ближе к трону, я все время боялся наступить на шлейф какой-нибудь даме.

Стоять на одном месте оказалось не проще. Герцогское семейство вело светские беседы, которые вскоре превратились для моего слуха в назойливое жужжание.