Паж его величества

Но те, кто стоял ближе и смотрел с другой стороны, тихо ахнули.

Похоже, эта волшебница была самой главной — ну или самой сильной. Она представилась как Брида и поприветствовала королевскую семью от лица всех фей и попросила герцога Гартигерна-младшего и принцессу подойти к ней.

Фей было семь. Из-за своих плащей они все выглядели одинаково и отличались только ростом и цветом волос. Каждая из них дала свое благословление будущим королю и королеве: здоровье, удачу, мудрость, процветание, богатство, и даже красоту.

Хотя она им обоим ни к чему, если спросите меня. Ну, вот настала очередь последней.

В другом конце зала, ближе ко входу, началось какое-то волнение. До моего слуха докатился глухой ропот, словно люди вполголоса ворчали хором. Я мельком глянул туда, но ничего толком не разглядел.

Седьмая фея вышла вперед и сбросила капюшон с головы. Она взяла Тайрана и Эльзу за руки, как это делали другие волшебницы. Шум стал отчетливее, когда она заговорила. Стоит отметить, что голос каждой феи был слышен повсюду, хотя они говорили негромко — то есть обычным тоном.

— А вот вам мой дар, — произнесла волшебница. — Быть принцессе в облике птицы, пока жива Эйлестория!

Затем одновременно случилось несколько вещей: королева прижала ладони к губам, а обрученные нехорошо посерели; король побледнел, резко нахмурился и вскочил, но приказа отдать не успел. В другом конце зала грохнули двери, а нарядная толпа помимо воли расступилась. Раздался свист и удар.

Седьмую фею пронзила стрела. Волшебница тихо ахнула, стала падать и… исчезла. Стрела в наступившей полной тишине глухо ударилась о ковровую дорожку, что сбегала с тронного возвышения и вела к дверям.

Оттуда быстрым шагом приближалась девушка в мужском платье и с луком в руках. Мое лицо все сильнее вытягивалось от удивления, потому что я начал ее узнавать. Она остановилась у ступеней. В зале царило потрясенное молчание, которое прерывалось всхлипыванием прекрасных дам. Ну да, они ведь ничего страшнее лягушки в жизни не видывали.

Король застыл с гневным выражением на лице, не зная, какой приказ отдать. Королева будто окаменела и сидела, прижав к лицу белоснежный платок, с которым сливался теперь цвет ее лица. Эльза полулежала на руках у своего жениха — потеряла сознание.

Имейте, кстати, в виду, что все это описывать куда дольше, чем оно происходило на самом деле.

— Я — седьмая фея, — четко произнесла девушка. — Ириадна.