Музыка джунглей

прикололся так, что ли? — протянул Пых. — Нету никакой трещины?

— Ну почему же, есть, и довольно широкая... Только она там на высоте в четыре человеческих роста...

Насупленная физиономия Пыхи расплывалась потихоньку в ехидную ухмылку. Соплеменники Джро заулыбались, обмениваясь понимающими взглядами.

— Пошли, перекурим это дело. Есть одна идея, — стибок направился под навес. — Да, и ещё: позовите Хэрмита, где он там есть.

— Кого?!

— Ну, этого вашего... Отшельника.

Пятнадцатью минутами позже к таможенной пристани подошли один за другим четыре плота.

— Дорогу представителям растафарианской миссии! Дорогу пациентам великого доктора Шапиро! — нараспев выкрикивал Отшельник.

— Это ещё что за куки на нашу голову! Синенькие какие-то... — Начальник караула презрительно выпятил губу, рассматривая новоприбывших.

Вперёд выступил Свистоль. Многочисленные амулеты на его шее побрякивали при каждом движении. На голове шамана красовалась нежно-розовая налобная повязка (сделанная из бантика Кастрации), во рту вызывающе дымилась набитая до отказа трубка.

— Мы — Укуренные Братья! — провозгласил он, сложив пальцы «викторией» и небрежным жестом благословляя таможенника. — Высокочтимые Укуренные Братья, миссионеры церкви великого Джа, да будет он благосклонен к тебе, сын мой!

— Спасибо, отец-растафари. Но согласно закону...

— Что касается въездной пошлины, то она, безусловно, должна быть уплачена, — склонил голову Свистоль.

— Несомненно, — поддакнул Большой Папа, выпуская сквозь усы густой клуб дыма.

— Беда лишь в том, что в тех затерянных среди лесов землях, откуда мы прибыли, никто и слыхом не слыхивал об этом вашем новом налоге! — продолжал Свистоль.

— Но...

— И поэтому собранных нами скудных пожертвований едва хватит на одного, максимум — двух человек!

«Не переигрывает ли он?» — с сомнением подумал Пыха. Пятью минутами ранее шаман закапал себе в глаза настойку белладонны, и теперь зрачки его расплылись во всю радужку.

В довершение образа, он совершенно не слушал того, что ему пытался сказать таможенник, и тихонько раскачивался с носка на пятку — то есть вёл себя совершенно как священник-растафари после хорошей порции умат-кумара.

— Я никого не могу впустить бесплатно, таковы пра...

— Но и это не беда, если вдуматься хорошенько! Дело в том, что я и мой коллега сопровождаем несчастных куки из нашего прихода, заболевших редкой тропической болезнью — синей чумкой.