Вкусы

Где-то в глубине души он понимал Мейб, которая желала новорожденной дочери счастливой судьбы. Но понимал также, что сестра не остановится ни перед чем.

***

- Мне так тревожно, отец! – Мейб приникла к сухим старческим пальцам.

- Что тебя печалит? Ты была так воодушевлена церемонией.

- Стиг… Он во дворце. Он чудовище, отец. Счастье, что ты не видел, каким Фарр привел его из чащи.

- Он не посмеет нарушить традиций, Мейб. Он с детства был трусом. Неповиновение влечет за собой наказание, каждому известно это.

Стиг хоть и полон низменных привычек, слишком эгоистичен, чтобы испытывать на себе твой гнев. Не печалься, займись праздником!

***

К вечеру путы немного ослабли, все волшебство Мейб сейчас сосредоточилось в церемониальной зале. Сгустившиеся сумерки вывели сверкание и блеск со стен дворца. Стиг почувствовал, что ему стало легче дышать. Осторожными движениями попробовал освободить руки. Ха! Сколько раз ему приходилось выпутываться из цепких лиан и непролазных зарослей!

Почти избавившись от дурноты, Стиг понял, что невыносимо хочется есть.

От той пыльцы, что принесли слуги, его вывернуло сразу же. Ни решеток, ни запертых дверей не стояло на его пути. И он решился. В конце концов, все дворцовые закоулки он знал преотлично.

Вибрации магии, исходящие от королевы и приближенных, помогали ему ориентироваться. Большая часть придворных помогали Мейб. Коридоры дворца опустели, и Стиг перемещался совершенно беспрепятственно. Крылья сами потащили его на плантацию тли.

Лето заканчивалось, жирные, холеные насекомые в это время принимались делать обильные кладки. От одной мысли о свеженьких яичках у Стига потекла слюна.

Крадучись пробираясь к выходу на плантации, он уловил незнакомый, совершенно непривычный запах. Не тошнотворно-сладкий, не притягательно-гадкий. Другой. Стиг как ищейка пошел по следу.

У хрустального порога, помахивая перламутровыми крылышками, сидела пухленькая маленькая феечка. И с чмоканьем и присвистом, запуская ладошки поглубже в ближайшую тлевую кладку, лопала яйца.

Всю мордочку заливала зеленая слизь. Стиг опешил. В том, что перед ним наследница, сомневаться не приходилось. В том, что дитя унаследовало дядины пристрастия как минимум в еде, – тоже.

- Они ведь сами сожрут тебя, малышка, – с горечью прошептал Стиг. Девочку следовало бы отправить к нянькам. Но ее и так скоро хватятся. А вот на что пойдет Мейб, увидев рядом с драгоценным чадом непутевого братца, он и думать не хотел.