Слово о Кощее Бессмертном и его друге Змее Горыныче

И тут сознание недовыполненного долга вернулось к иноземной делегации. Воттездраст встрепенулся, нетерпеливо защёлкал перстами, орлиным взором рыская по толпе своих слуг, и указал на одного, самого грустного, который со вчера ещё таскался всюду с позабытой в пылу форс-мажорных обстоятельств чашей роз. Хотя подвявшие розы пришлось выбросить, наполнив чашу тщательно вымоченными лепестками, но символ есть символ! Повелительно указав слуге на «рядом!», кавалер решительно двинулся восстанавливать брачные узы.

– Мы все есть сченстливы вИтать гнедиге херрин царевна Ненада и тсешимысе видеть херрин царевна в добрэм здровью! – с подскоками и расшаркиванием приблизился он к объекту сватовства.

Царевна покосилась на него с подозрением, да и всё собрание, ещё не отошедшее от предыдущего «артиста», проводило новый выход несколько оторопелым взглядом.

– Чего-чего он там чешется?

– Да хорошо, что хоть он чешется, а то наши вообще...

Но всеобщее внимание лишь ободрило витязя и подвигло на решительный приступ.

– Як ест цудовен лик Ваш, о незрувняна Ненада, – принялся рассыпаться он в комплиментах, – тыле же цудовнэ ест збавене Ваше з лап злобнэго монстра!.. – и широким жестом указал внимавшей ему аудитории в сторону окон, откуда «злобный монстр» обычно являлся... не подумав, правда, что тот с последнего раза ещё никуда не делся, а по-прежнему там торчит и всё с интересом слушает.

От такого внимания змей одной головой засмущался – мол, что вы, что вы! Другой головой кивнул народу с достоинством – мол, да, мы такие! Третьей же ни кивать, ни смущаться не стал, а просто шкодливо подмигнул сначала царевне, а потом и глянувшему на «куда это все смотрят» витязю.

Тот икнул от неожиданности и, словно извиняясь за неловкость, сделал змею книксен. Первая голова змеева вытаращилась в изумлении, но две другие, более сообразительные, шикнули на неё, приводя в чувство, и все три исчезли в проёмах. Снаружи раздалось долгожданное хлопанье крыльев.

Отбытие змея было встречено всеобщим вздохом облегчения, одна лишь царевна посмотрела вслед монстру-чудищу с неуместной тоской во взгляде.

Иноземный же кавалер сначала стыдливо зыркнул, словно проверяя, не замочил ли ненароком панталоны, а уж потом поспешил вернуться к прерванной речи.

– Як ест свежый и ароматный квят ружи, гды внимает песни очарованэго ным птаха, – начал он многообещающе, – так примите и вы, гнедиге херрин царевна Ненада, з рук наречонэго вашего...